Letter 1429 - Revision history

Tony: "leave her" to "leave here" for clarity of meaning

2024-08-03T10:53:58Z

"leave her" to "leave here" for clarity of meaning

← Older revision		Revision as of 12:53, 3 August 2024
Line 19:		Line 19:

	\|Translated text={{right\|''[[Rome]]''<br/>''20th February''}}		\|Translated text={{right\|''[[Rome]]''<br/>''20th February''}}
	You will scoff and be angry at my fickleness and the malleability of my plans, but I'm still hurrying to tell you my new decision, which this time is ''definitive''. I'm not going to [[Naples]], but will be staying here for three more days instead. On ''the 26th'' I'm leaving here for ''[[Paris]]''. This will surprise you, and not without reason, but the explanation is very simple. For a long time, the mere thought of travelling without [[Alyosha]] (whom I have to leave ~~her~~, in order to have peace of mind regarding [[Modest]] and [[Nikolay Konradi\|Kolya]]) causes me such horror and homesickness that sometimes I even shed tears in the dead of the night thinking about it. But most importantly, I hate the thought of [[Venice]] and [[Vienna]], which for some reason seem so grim that it sends a chill down my spine. I was terribly afraid of this journey in general, and could foresee that the feeling of loneliness would be an inexpressible burden to me, after living in the company of [[Modest]], [[Nikolay Konradi\|Kolya]] and [[Alyosha]]. This is why I've often thought about whether it's possible to make a detour and go differently than via [[Venice]] and [[Vienna]]. Finally today I made the decision to go to [[Paris]]. Firstly, you know how much I adore [[Paris]], and how pleasant it will be for me to spend 2 or 3 days there, the prospect of [[Paris]] being a consolation and encouragement for me; secondly, [[Kondratyev]] and his dear Sasha are there, whom I'll be glad to see. Thirdly, I won't be going via my arch-enemies, hateful [[Venice]] and disgusting [[Vienna]], but through very nice [[Berlin]]. Of course, this will force me to spend more money, and arrive in [[Piter]] somewhat later, and therefore make you angry. But I beg you to understand my reasons and forgive me. I'm leaving on the 26th; I'll be in [[Paris]] early on the morning of the 28th; I won't be leaving [[Paris]] any later than 2nd March; I'll stay for a day in [[Berlin]], and on the evening of the 4th I'll go from there to [[Piter]], and thus I'll be hugging you on the 6th. Forgive me, my dear golubchik! I'm awfully happy that we'll be seeing each other soon. How afraid I am that you've already written to me in [[Vienna]]! Just in case I'll write there, so they can forward any letter to me in [[Paris]]. Write to me in [[Berlin]], Hôtel St. Petersburg.		You will scoff and be angry at my fickleness and the malleability of my plans, but I'm still hurrying to tell you my new decision, which this time is ''definitive''. I'm not going to [[Naples]], but will be staying here for three more days instead. On ''the 26th'' I'm leaving here for ''[[Paris]]''. This will surprise you, and not without reason, but the explanation is very simple. For a long time, the mere thought of travelling without [[Alyosha]] (whom I have to leave here, in order to have peace of mind regarding [[Modest]] and [[Nikolay Konradi\|Kolya]]) causes me such horror and homesickness that sometimes I even shed tears in the dead of the night thinking about it. But most importantly, I hate the thought of [[Venice]] and [[Vienna]], which for some reason seem so grim that it sends a chill down my spine. I was terribly afraid of this journey in general, and could foresee that the feeling of loneliness would be an inexpressible burden to me, after living in the company of [[Modest]], [[Nikolay Konradi\|Kolya]] and [[Alyosha]]. This is why I've often thought about whether it's possible to make a detour and go differently than via [[Venice]] and [[Vienna]]. Finally, today I made the decision to go to [[Paris]]. Firstly, you know how much I adore [[Paris]], and how pleasant it will be for me to spend 2 or 3 days there, the prospect of [[Paris]] being a consolation and encouragement for me; secondly, [[Kondratyev]] and his dear Sasha are there, whom I'll be glad to see. Thirdly, I won't be going via my arch-enemies, hateful [[Venice]] and disgusting [[Vienna]], but through very nice [[Berlin]]. Of course, this will force me to spend more money, and arrive in [[Piter]] somewhat later, and therefore make you angry. But I beg you to understand my reasons and forgive me. I'm leaving on the 26th; I'll be in [[Paris]] early on the morning of the 28th; I won't be leaving [[Paris]] any later than 2nd March; I'll stay for a day in [[Berlin]], and on the evening of the 4th I'll go from there to [[Piter]], and thus I'll be hugging you on the 6th. Forgive me, my dear golubchik! I'm awfully happy that we'll be seeing each other soon. How afraid I am that you've already written to me in [[Vienna]]! Just in case I'll write there, so they can forward any letter to me in [[Paris]]. Write to me in [[Berlin]], Hôtel St. Petersburg.

	I kiss and hug you tenderly.		I kiss and hug you tenderly.

Brett at 11:54, 3 March 2024

2024-03-03T11:54:29Z

← Older revision		Revision as of 13:54, 3 March 2024
Line 7:		Line 7:
	\|Publication={{bib\|1965/80\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том IX}} (1965), p. 58–59		\|Publication={{bib\|1965/80\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том IX}} (1965), p. 58–59
	}}		}}
	==Text==		==Text and Translation==
	{{Lettertext		{{Lettertext
	\|Language=Russian		\|Language=Russian
	\|Translator=		\|Translator=Brett Langston
	\|Original text={{right\|''Рим''<br/>''20-го февраля''}}		\|Original text={{right\|''Рим''<br/>''20-го февраля''}}
	Ты будешь смеяться и сердиться на моё непостоянство и изменчивость моих планов. но я всё-таки спешу тебе сообщить новое своё решение. которое на сей раз ''окончательное''. В Неаполь я не еду. но зато тремя днями больше остаюсь здесь. ''26 числая'' выезжаю отсюда в ''Париж''. Тебя это удивляет, и есть чему удивляться, но объяснение очень просто. Вот уж много времени, что при одной мысли о путешествии без Алёши (которого я должен здесь оставить, чтобы быть покойным насчёт Модеста и Коли) приводит меня в такой ужас и тоску, что я иногда даже проливал слезы в ночной тиши, думая об этом. д, главное, мне ненавистна мысль о Венеции и Вене, которые, не знаю почему, представляются мне чем-то до того мрачным, что мороз пробирает по коже. Вообще я боялся ужасно этого путешествия и предвидел, что чувство одиночества после жизни в обществе Модеста. Коли и Алёши будет невыразимо тяготить меня. Вот почему я много раз уже думал о том, нельзя ли сделать крюк и вместо Венеции и Вены ехать иначе. Наконец сегодня я решился ехать на Париж. Во 1-х, ты знаешь, как я обожаю Париж и с каким удовольствием ~~прав еду~~ там дня 2 или 3, перспектива Парижа будет для меня утешением и ободрением: во 2-х, там Кондратьев и его милейший Саша, с которыми мне отрадно будет повидаться. В 3-х, я поеду не через архиненавиcтную Венецию и архиотвратительную Вену, а через очень милый Берлин. Конечно, это заставит меня истратить больше денег, и несколько позже приехать в Питер, и, следовательно, рассердить тебя. Но умоляю тебя понять причины и простить. Я выезжаю 26-го; рано утром 28-го буду в Париже; не позже 2-го марта еду из Парижа; в Берлине останусь день и 4-го вечером оттуда еду в Питер. следовательно, обниму тебя 6-го числа. Прости меня, мой милый, голубчик! Ужасно радуюсь предстоящему свиданию с тобой. Как боюсь, что ты уже написал мне в Вену! На всякий случай напишу туда, чтобы мне отправили письмо в Париж. Напиши мне в Берлин, Hôtel St. Petersburg.		Ты будешь смеяться и сердиться на моё непостоянство и изменчивость моих планов, но я всё-таки спешу тебе сообщить новое своё решение, которое на сей раз ''окончательное''. В Неаполь я не еду, но зато тремя днями больше остаюсь здесь. ''26 числая'' выезжаю отсюда в ''Париж''. Тебя это удивляет, и есть чему удивляться, но объяснение очень просто. Вот уж много времени, что при одной мысли о путешествии без Алёши (которого я должен здесь оставить, чтобы быть покойным насчёт Модеста и Коли) приводит меня в такой ужас и тоску, что я иногда даже проливал слезы в ночной тиши, думая об этом. А главное, мне ненавистна мысль о Венеции и Вене, которые, не знаю почему, представляются мне чем-то до того мрачным, что мороз пробирает по коже. Вообще я боялся ужасно этого путешествия и предвидел, что чувство одиночества после жизни в обществе Модеста, Коли и Алёши будет невыразимо тяготить меня. Вот почему я много раз уже думал о том, нельзя ли сделать крюк и вместо Венеции и Вены ехать иначе. Наконец сегодня я решился ехать на Париж. Во 1-х, ты знаешь, как я обожаю Париж и с каким удовольствием проведу там дня 2 или 3, перспектива Парижа будет для меня утешением и ободрением: во 2-х, там Кондратьев и его милейший Саша, с которыми мне отрадно будет повидаться. В 3-х, я поеду не через архиненавиcтную Венецию и архиотвратительную Вену, а через очень милый Берлин. Конечно, это заставит меня истратить больше денег, и несколько позже приехать в Питер, и, следовательно, рассердить тебя. Но умоляю тебя понять причины и простить. Я выезжаю 26-го; рано утром 28-го буду в Париже; не позже 2-го марта еду из Парижа; в Берлине останусь день и 4-го вечером оттуда еду в Питер, следовательно, обниму тебя 6-го числа. Прости меня, мой милый, голубчик! Ужасно радуюсь предстоящему свиданию с тобой. Как боюсь, что ты уже написал мне в Вену! На всякий случай напишу туда, чтобы мне отправили письмо в Париж. Напиши мне в Берлин, Hôtel St. Petersburg.

	Целую и нежно обнимаю.		Целую и нежно обнимаю.
Line 18:		Line 18:
	Володю обнимаю.		Володю обнимаю.

	\|Translated text=		\|Translated text={{right\|''[[Rome]]''<br/>''20th February''}}
			You will scoff and be angry at my fickleness and the malleability of my plans, but I'm still hurrying to tell you my new decision, which this time is ''definitive''. I'm not going to [[Naples]], but will be staying here for three more days instead. On ''the 26th'' I'm leaving here for ''[[Paris]]''. This will surprise you, and not without reason, but the explanation is very simple. For a long time, the mere thought of travelling without [[Alyosha]] (whom I have to leave her, in order to have peace of mind regarding [[Modest]] and [[Nikolay Konradi\|Kolya]]) causes me such horror and homesickness that sometimes I even shed tears in the dead of the night thinking about it. But most importantly, I hate the thought of [[Venice]] and [[Vienna]], which for some reason seem so grim that it sends a chill down my spine. I was terribly afraid of this journey in general, and could foresee that the feeling of loneliness would be an inexpressible burden to me, after living in the company of [[Modest]], [[Nikolay Konradi\|Kolya]] and [[Alyosha]]. This is why I've often thought about whether it's possible to make a detour and go differently than via [[Venice]] and [[Vienna]]. Finally today I made the decision to go to [[Paris]]. Firstly, you know how much I adore [[Paris]], and how pleasant it will be for me to spend 2 or 3 days there, the prospect of [[Paris]] being a consolation and encouragement for me; secondly, [[Kondratyev]] and his dear Sasha are there, whom I'll be glad to see. Thirdly, I won't be going via my arch-enemies, hateful [[Venice]] and disgusting [[Vienna]], but through very nice [[Berlin]]. Of course, this will force me to spend more money, and arrive in [[Piter]] somewhat later, and therefore make you angry. But I beg you to understand my reasons and forgive me. I'm leaving on the 26th; I'll be in [[Paris]] early on the morning of the 28th; I won't be leaving [[Paris]] any later than 2nd March; I'll stay for a day in [[Berlin]], and on the evening of the 4th I'll go from there to [[Piter]], and thus I'll be hugging you on the 6th. Forgive me, my dear golubchik! I'm awfully happy that we'll be seeing each other soon. How afraid I am that you've already written to me in [[Vienna]]! Just in case I'll write there, so they can forward any letter to me in [[Paris]]. Write to me in [[Berlin]], Hôtel St. Petersburg.

			I kiss and hug you tenderly.
			{{right\|Yours P. Tchaikovsky}}
			I hug Volodya.
	}}		}}

Brett: Text replacement - ". что" to ", что"

2024-01-24T16:28:46Z

Text replacement - ". что" to ", что"

← Older revision		Revision as of 18:28, 24 January 2024
Line 12:		Line 12:
	\|Translator=		\|Translator=
	\|Original text={{right\|''Рим''<br/>''20-го февраля''}}		\|Original text={{right\|''Рим''<br/>''20-го февраля''}}
	Ты будешь смеяться и сердиться на моё непостоянство и изменчивость моих планов. но я всё-таки спешу тебе сообщить новое своё решение. которое на сей раз ''окончательное''. В Неаполь я не еду. но зато тремя днями больше остаюсь здесь. ''26 числая'' выезжаю отсюда в ''Париж''. Тебя это удивляет, и есть чему удивляться, но объяснение очень просто. Вот уж много времени, что при одной мысли о путешествии без Алёши (которого я должен здесь оставить. чтобы быть покойным насчёт Модеста и Коли) приводит меня в такой ужас и тоску, что я иногда даже проливал слезы в ночной тиши, думая об этом. д, главное, мне ненавистна мысль о Венеции и Вене, которые, не знаю почему, представляются мне чем-то до того мрачным, что мороз пробирает по коже. Вообще я боялся ужасно этого путешествия и предвидел, что чувство одиночества после жизни в обществе Модеста. Коли и Алёши будет невыразимо тяготить меня. Вот почему я много раз уже думал о том, нельзя ли сделать крюк и вместо Венеции и Вены ехать иначе. Наконец сегодня я решился ехать на Париж. Во 1-х, ты знаешь, как я обожаю Париж и с каким удовольствием прав еду там дня 2 или 3, перспектива Парижа будет для меня утешением и ободрением: во 2-х, там Кондратьев и его милейший Саша, с которыми мне отрадно будет повидаться. В 3-х, я поеду не через архиненавиcтную Венецию и архиотвратительную Вену, а через очень милый Берлин. Конечно, это заставит меня истратить больше денег, и несколько позже приехать в Питер, и, следовательно, рассердить тебя. Но умоляю тебя понять причины и простить. Я выезжаю 26-го; рано утром 28-го буду в Париже; не позже 2-го марта еду из Парижа; в Берлине останусь день и 4-го вечером оттуда еду в Питер. следовательно, обниму тебя 6-го числа. Прости меня, мой милый, голубчик! Ужасно радуюсь предстоящему свиданию с тобой. Как боюсь, что ты уже написал мне в Вену! На всякий случай напишу туда, чтобы мне отправили письмо в Париж. Напиши мне в Берлин, Hôtel St. Petersburg.		Ты будешь смеяться и сердиться на моё непостоянство и изменчивость моих планов. но я всё-таки спешу тебе сообщить новое своё решение. которое на сей раз ''окончательное''. В Неаполь я не еду. но зато тремя днями больше остаюсь здесь. ''26 числая'' выезжаю отсюда в ''Париж''. Тебя это удивляет, и есть чему удивляться, но объяснение очень просто. Вот уж много времени, что при одной мысли о путешествии без Алёши (которого я должен здесь оставить, чтобы быть покойным насчёт Модеста и Коли) приводит меня в такой ужас и тоску, что я иногда даже проливал слезы в ночной тиши, думая об этом. д, главное, мне ненавистна мысль о Венеции и Вене, которые, не знаю почему, представляются мне чем-то до того мрачным, что мороз пробирает по коже. Вообще я боялся ужасно этого путешествия и предвидел, что чувство одиночества после жизни в обществе Модеста. Коли и Алёши будет невыразимо тяготить меня. Вот почему я много раз уже думал о том, нельзя ли сделать крюк и вместо Венеции и Вены ехать иначе. Наконец сегодня я решился ехать на Париж. Во 1-х, ты знаешь, как я обожаю Париж и с каким удовольствием прав еду там дня 2 или 3, перспектива Парижа будет для меня утешением и ободрением: во 2-х, там Кондратьев и его милейший Саша, с которыми мне отрадно будет повидаться. В 3-х, я поеду не через архиненавиcтную Венецию и архиотвратительную Вену, а через очень милый Берлин. Конечно, это заставит меня истратить больше денег, и несколько позже приехать в Питер, и, следовательно, рассердить тебя. Но умоляю тебя понять причины и простить. Я выезжаю 26-го; рано утром 28-го буду в Париже; не позже 2-го марта еду из Парижа; в Берлине останусь день и 4-го вечером оттуда еду в Питер. следовательно, обниму тебя 6-го числа. Прости меня, мой милый, голубчик! Ужасно радуюсь предстоящему свиданию с тобой. Как боюсь, что ты уже написал мне в Вену! На всякий случай напишу туда, чтобы мне отправили письмо в Париж. Напиши мне в Берлин, Hôtel St. Petersburg.

	Целую и нежно обнимаю.		Целую и нежно обнимаю.

Brett: 1 revision imported

2022-07-12T12:25:32Z

1 revision imported

← Older revision	Revision as of 14:25, 12 July 2022
(No difference)

Brett at 21:50, 1 April 2020

2020-04-01T21:50:38Z

New page

{{letterhead
|Date=20 February/3 March 1880
|To=[[Anatoly Tchaikovsky]]
|Place=[[Rome]]
|Language=Russian
|Autograph=[[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}} (a{{sup|3}}, No. 1300)
|Publication={{bib|1965/80|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том IX}} (1965), p. 58–59
}}
==Text==
{{Lettertext
|Language=Russian
|Translator=
|Original text={{right|''Рим''<br/>''20-го февраля''}}
Ты будешь смеяться и сердиться на моё непостоянство и изменчивость моих планов. но я всё-таки спешу тебе сообщить новое своё решение. которое на сей раз ''окончательное''. В Неаполь я не еду. но зато тремя днями больше остаюсь здесь. ''26 числая'' выезжаю отсюда в ''Париж''. Тебя это удивляет, и есть чему удивляться, но объяснение очень просто. Вот уж много времени, что при одной мысли о путешествии без Алёши (которого я должен здесь оставить. чтобы быть покойным насчёт Модеста и Коли) приводит меня в такой ужас и тоску, что я иногда даже проливал слезы в ночной тиши, думая об этом. д, главное, мне ненавистна мысль о Венеции и Вене, которые, не знаю почему, представляются мне чем-то до того мрачным, что мороз пробирает по коже. Вообще я боялся ужасно этого путешествия и предвидел, что чувство одиночества после жизни в обществе Модеста. Коли и Алёши будет невыразимо тяготить меня. Вот почему я много раз уже думал о том, нельзя ли сделать крюк и вместо Венеции и Вены ехать иначе. Наконец сегодня я решился ехать на Париж. Во 1-х, ты знаешь, как я обожаю Париж и с каким удовольствием прав еду там дня 2 или 3, перспектива Парижа будет для меня утешением и ободрением: во 2-х, там Кондратьев и его милейший Саша, с которыми мне отрадно будет повидаться. В 3-х, я поеду не через архиненавиcтную Венецию и архиотвратительную Вену, а через очень милый Берлин. Конечно, это заставит меня истратить больше денег, и несколько позже приехать в Питер, и, следовательно, рассердить тебя. Но умоляю тебя понять причины и простить. Я выезжаю 26-го; рано утром 28-го буду в Париже; не позже 2-го марта еду из Парижа; в Берлине останусь день и 4-го вечером оттуда еду в Питер. следовательно, обниму тебя 6-го числа. Прости меня, мой милый, голубчик! Ужасно радуюсь предстоящему свиданию с тобой. Как боюсь, что ты уже написал мне в Вену! На всякий случай напишу туда, чтобы мне отправили письмо в Париж. Напиши мне в Берлин, Hôtel St. Petersburg.

Целую и нежно обнимаю.
{{right|Твой П. Чайковский}}
Володю обнимаю.

|Translated text=
}}