Letter 1571 - Revision history

Brett at 18:44, 7 February 2026

2026-02-07T18:44:21Z

← Older revision		Revision as of 20:44, 7 February 2026
Line 7:		Line 7:
	\|Publication={{bib\|1935/56\|П. И. Чайковский. Переписка с Н. Ф. фон-Мекк ; том 2}} (1935), p. 402–403<br/>{{bib\|1965/80\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том IX}} (1965), p. 247–248		\|Publication={{bib\|1935/56\|П. И. Чайковский. Переписка с Н. Ф. фон-Мекк ; том 2}} (1935), p. 402–403<br/>{{bib\|1965/80\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том IX}} (1965), p. 247–248
	}}		}}
	==Text==		==Text and Translation==
	{{Lettertext		{{Lettertext
	\|Language=Russian		\|Language=Russian
	\|Translator=		\|Translator=Brett Langston
	\|Original text={{right\|''Каменка''<br/>26 августа}}		\|Original text={{right\|''Каменка''<br/>26 августа}}
	{{centre\|2 ч[аси] ночи}}		{{centre\|2 ч[аси] ночи}}
Line 27:		Line 27:
	{{right\|П. Чайковский}}		{{right\|П. Чайковский}}

	\|Translated text=		\|Translated text={{right\|''[[Kamenka]]''<br/>26 August}}
			{{centre\|2 o'clock at night}}
			For some reason I am unable to sleep, and so I am sitting down to write to you, my dear, good friend! Where are you now? Already in [[Naples]] no doubt. I am trying to mentally transport myself to your location, but I cannot. I have only been to [[Naples]] once in my life, a long time ago and only for a very short while. My recollection of it is exactly like a dream. Some fantastical shimmering of luxurious and dazzling brilliant colours, awful noise and commotion, and unbearable rain that tormented me all through my stay in [[Naples]]. A strong fatigue from the mass of impressions, and at times, when the sun did appear in the sky, a sensation of frenzied rapture before the beauty of this whole combination of the blue sea with the blue sky, a distant island, with parts of the city strung out along the shore. Somehow I cannot be sure that I was there and witnessed all this. I both envy you and am happy for you, while at the same time, I feel sorry for you, dear friend. When you are in [[Naples]] you always need to walk or drive somewhere to see anything. As a result you still end up weary, and yet you seem to be desperately searching for a quite corner where you can rest physically and mentally. It seems to me that it would be very good and beneficial for you to life in [[Florence]] on the Viale dei Colli.

			We have a republic here. Both masters are absent — and as a result a somewhat chaotic disorder reigns everywhere, and, most importantly, the children are far naughtier than usual, and at every moment I tremble at the thought that something might happen in the absence of their father and mother. Yesterday [[Vladimir Davydov\|Volodya]] fell off his horse twice, and it was only thanks to good fortune that he remained unharmed. But it is [[Mitya]] who worries me most of all — he is an awful little rascal who makes me fear for him at every step. My brother [[Anatoly]] is still here. He is leaving on Saturday 30th.
			-----
			{{right\|''Sunday, 31st''}}
			This time last year I was in [[Simaki]]. I vividly recall every detail of my last days spent there. Incidentally, it was much warmer then. It is thoroughly autumnal here: the trees are already turning yellow, the paths and tracks are strewn with leaves. There is something particularly delightful about autumn. I am no less fond of it than I am of spring. I can just imagine how fine it is in [[Simaki]] now! In recent days I have often longed to be transported there, to the extent that there was a moment when I nearly telegraphed you asking for permission to go there for a few days. Alas, this is impossible!

			I have been very tired recently. Regardless of the performance, which exhausted me, there have been a whole series of name days and birthdays here, and on this occasion I was obliged to constantly disrupt my customary daily routine — and this is abhorrent to me. [[Anatoly]] left for [[Moscow]] yesterday, and to my utmost delight he is going there with great enthusiasm. Generally he has become calmer and more contented recently. He has taken [[Moscow]] to his heart, and this makes me inexpressibly glad. [[Modest]] is coming here the day after tomorrow for 2 months. Our sister and brother-in-law are still absent, as are our older nieces. I have temporarily become the head of the household, and the responsibility for the children's well-being weighs heavily upon me. It turns out that I am a decidedly incapable pedagogue. The boys have been awfully naughty, and I am eagerly awaiting the return of their parents.

			I have finished copying out my new vocal works and have already sent them to [[Jurgenson]]. Besides this I have made fundamental changes to my overture "''[[Romeo and Juliet]]''", which will be newly published. "''[[The Maid of Orleans]]''" is completely ready for printing, but I do not want it to come out before the first performance. If you will allow it, my dear friend, I shall arrange for a copy to be sent to you, but I shall do so once your address is determined more precisely. The edition has come out very well. Keep well, my dear.

			Your infinitely devoted,
			{{right\|P. Tchaikovsky}}
	}}		}}

Brett: 1 revision imported

2022-07-12T12:20:01Z

1 revision imported

← Older revision	Revision as of 14:20, 12 July 2022
(No difference)

Brett: Text replacement - "все-таки " to "всё-таки "

2020-01-25T11:30:07Z

Text replacement - "все-таки " to "всё-таки "

New page

{{letterhead
|Date=26 August/7 September –31 August/12 September 1880
|To=[[Nadezhda von Meck]]
|Place=[[Kamenka]]
|Language=Russian
|Autograph=[[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}} (a{{sup|3}}, No. 671)
|Publication={{bib|1935/56|П. И. Чайковский. Переписка с Н. Ф. фон-Мекк ; том 2}} (1935), p. 402–403<br/>{{bib|1965/80|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том IX}} (1965), p. 247–248
}}
==Text==
{{Lettertext
|Language=Russian
|Translator=
|Original text={{right|''Каменка''<br/>26 августа}}
{{centre|2 ч[аси] ночи}}
Мне что-то не спится, и я сажусь писать Вам, милый, дорогой друг! Где-то Вы теперь? Конечно, уже в Неаполе. Стараюсь мысленно перенестись в Ваше соседство и не могу. Я был только раз в жизни в Неаполе, очень давно и очень не надолго. Воспоминание о нем точно сонная грёза. Какие-то фантастические переливы роскошных и ослепительно блестящих красок, страшный шум и суета, несносный дождь, преследовавший меня во все время пребывания в Неаполе. Сильное утомление от массы впечатлений и по временам, когда солнце показывалось на небе, ощущение безумного восторга перед красотой всей этой совокупности синего моря с синим небом, дальних островок, с раскинувшимися по берегу частями города. Мне как-то не верится, что я там был и все это видел. Я и завидую Вам и радуюсь за Вас, и в то же время мне жаль Вас, милый друг. Находясь в Неаполе, нужно все куда-то идти или ехать и смотреть. В результате для Вас всё-таки получается утомление, а между тем Вы так страстно, по-видимому, ищите тихого уголка, где бы можно было отдохнуть физически и морально. Мне кажется, что Вам очень хорошо и полезно будет пожить во Флоренции на Viale dei Colli.

У нас здесь республика. Оба хозяина в отсутствии, — вследствие чего царит несколько хаотический беспорядок во всем, а главное, дети шалят гораздо более обыкновенного, и я ежеминутно трепещу при мысли, что в отсутствие отца и матери что-нибудь может случиться. Вчера Володя два раза упал с лошади и только благодаря счастливому стечению обстоятельств остался цел. Но больше всего меня беспокоит Митя, — ужаснейший шалун, на каждом шагу заставляющий меня страшиться за него. Брат Анатолий ещё здесь. Он уезжает в субботу 30-го.
-----
{{right|''Воскресенье, 31-го''}}
В прошлом году я ещё был в Симаках в это время. Живо вспоминаю все подробности последних дней, прожитых там. Между прочим, было гораздо теплее. У нас здесь совершенная осень: лес уже желтеет, дорожки и тропинки усыпаны листьями. В осени есть какая-то особенная прелесть. Я люблю её не менее весны. Воображаю, как теперь хорошо в Симаках! В эти последние дни мне так иногда хотелось перенестись туда, что была минута, когда я чуть было не телеграфировал Вам просьбу о дозволении съездить туда на несколько дней. Увы! это невозможно.

Я очень устал за последнее время. Независимо от спектакля, который очень утомил меня, здесь был целый ряд именин и рождений, и по этому случаю приходилось беспрестанно нарушать мой обычный порядок дня, — а это для меня ненавистно. Анатолий уехал вчера в Москву, и, к величайшему моему удовольствию, он отправляется туда с большой охотой. Вообще он в последнее время стал покойнее и довольнее. Москва пришлась ему по сердцу, и это меня несказанно радует. Послезавтра на 2 месяца приезжает Модест. Сестры и зятя все ещё нет, а также старших племянниц. Я сделался на время главой дома, и меня тяготит ответственность за здоровье детей. Оказывается, что я решительно неспособен к педагогии. Мальчики расшалились ужасно, и я с нетерпением ожидаю возвращения их родителей.

Окончил переписку моих новых вокальных сочинений и уже отослал их к Юргенсону. Кроме того сделал капитальную переделку моей увертюры «''Ромео и Юлия''», которая будет вновь издана. «''Орлеанская дева''» совершенно готова для печати, но я не хочу, чтобы она вышла в свет ранее первого представления. Если позволите, милый друг, я распоряжусь о высылке Вам одного экземпляра, но сделаю это, когда определится точнее Ваш адрес. Издание вышло очень хорошо. Будьте здоровы, дорогая моя.

Беспредельно преданный Вам,
{{right|П. Чайковский}}

|Translated text=
}}