Letter 1861 - Revision history

Brett: Text replacement - " н " to " и "

2025-05-22T18:54:02Z

Text replacement - " н " to " и "

← Older revision		Revision as of 20:54, 22 May 2025
Line 12:		Line 12:
	\|Translator=Brett Langston		\|Translator=Brett Langston
	\|Original text={{right\|''5 октября''<br/>Каменка}}		\|Original text={{right\|''5 октября''<br/>Каменка}}
	Анатоша! Сегодня приехал сюда, а Лева сейчас уже уезжает, так что я остаюсь один. Каменка произвела на меня антипатичное впечатление, во-1-х, потому, что вследствие морозов и двухмесячной засухи не видно нигде ни клочка зелени, а во-2-х, в воздухе носится заразительная вонь от гниющего Тясмина. Но зато комнату (бывший Левин кабинет) устроили мне чудесно, и она мне чрезвычайно по душе. Я остался в Киеве по просьбе детей на лишние сутки, и при мне произошли два важные эпизода: 1) Керн сделал Тане формальное предложение и 2) Борис приколотил яростно Степана, за что был тотчас же выгнан, а Таня имела истерический припадок. Лева ускорил свой отъезд отсюда, так как в самом деле положение одиноких девушек очень щекотливо. Таня не отказала Керну, но и не согласилась отдать ему свою руку. Не знаю, как она вела себя до этой развязки и не кокетствам ли она так далека завлекла его, чтобы потом отказать, как она это делала прежде. Но при мне она держала себя с Керном очень просто и хорошо; вообще она производит лучшее впечатление, чем летом, но противно то, что курит немилосердно и много пьёт вина. От Саши и её свиты отличные известия. Саша хорошо себя чувствует и восхищается Крымом, за Верой сильно ухаживает Римский-Корсаков, тот самый, что в Петербурге приударял за нею. Он адъютант В[еликого] к[нязя] Конт[аитина Ник[олаевича], живёт в Орианде и недавно устроил для наших дам завтрак в лесу, к которому неожидаино пришёл сам Вел[икий] кн[язь] н очень обласкал Сашу, Веру и Уку.		Анатоша! Сегодня приехал сюда, а Лева сейчас уже уезжает, так что я остаюсь один. Каменка произвела на меня антипатичное впечатление, во-1-х, потому, что вследствие морозов и двухмесячной засухи не видно нигде ни клочка зелени, а во-2-х, в воздухе носится заразительная вонь от гниющего Тясмина. Но зато комнату (бывший Левин кабинет) устроили мне чудесно, и она мне чрезвычайно по душе. Я остался в Киеве по просьбе детей на лишние сутки, и при мне произошли два важные эпизода: 1) Керн сделал Тане формальное предложение и 2) Борис приколотил яростно Степана, за что был тотчас же выгнан, а Таня имела истерический припадок. Лева ускорил свой отъезд отсюда, так как в самом деле положение одиноких девушек очень щекотливо. Таня не отказала Керну, но и не согласилась отдать ему свою руку. Не знаю, как она вела себя до этой развязки и не кокетствам ли она так далека завлекла его, чтобы потом отказать, как она это делала прежде. Но при мне она держала себя с Керном очень просто и хорошо; вообще она производит лучшее впечатление, чем летом, но противно то, что курит немилосердно и много пьёт вина. От Саши и её свиты отличные известия. Саша хорошо себя чувствует и восхищается Крымом, за Верой сильно ухаживает Римский-Корсаков, тот самый, что в Петербурге приударял за нею. Он адъютант В[еликого] к[нязя] Конт[аитина Ник[олаевича], живёт в Орианде и недавно устроил для наших дам завтрак в лесу, к которому неожидаино пришёл сам Вел[икий] кн[язь] и очень обласкал Сашу, Веру и Уку.

	Не знаю, как будет дальше, а покамест одинокость моей жизни здесь меня не пугает, скорее радует, и я боюсь только, что будут нарушать моё спокойствие визиты. Обедать буду всегда в большом доме, завтракать у себя в 11 час[ов] утра.		Не знаю, как будет дальше, а покамест одинокость моей жизни здесь меня не пугает, скорее радует, и я боюсь только, что будут нарушать моё спокойствие визиты. Обедать буду всегда в большом доме, завтракать у себя в 11 час[ов] утра.

Brett at 14:24, 30 December 2024

2024-12-30T14:24:36Z

← Older revision		Revision as of 16:24, 30 December 2024
Line 7:		Line 7:
	\|Publication={{bib\|1966/44\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том X}} (1966), p. 232–233		\|Publication={{bib\|1966/44\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том X}} (1966), p. 232–233
	}}		}}
	==Text==		==Text and Translation==
	{{Lettertext		{{Lettertext
	\|Language=Russian		\|Language=Russian
	\|Translator=		\|Translator=Brett Langston
	\|Original text={{right\|''5 октября''<br/>Каменка}}		\|Original text={{right\|''5 октября''<br/>Каменка}}
	Анатоша! Сегодня приехал сюда, а Лева сейчас уже уезжает, так что я остаюсь один. Каменка произвела на меня антипатичное впечатление, во-1-х, потому, что вследствие морозов и двухмесячной засухи не видно нигде ни клочка зелени, а во-2-х, в воздухе носится заразительная вонь от гниющего Тясмина. Но зато комнату (бывший Левин кабинет) устроили мне чудесно, и она мне чрезвычайно по душе. Я остался в Киеве по просьбе детей на лишние сутки, и при мне произошли два важные эпизода: 1) Керн сделал Тане формальное предложение и 2) Борис приколотил яростно Степана, за что был тотчас же выгнан, а Таня имела истерический припадок. Лева ускорил свой отъезд отсюда, так как в самом деле положение одиноких девушек очень щекотливо. Таня не отказала Керну, но и не согласилась отдать ему свою руку. Не знаю, как она вела себя до этой развязки и не кокетствам ли она так далека завлекла его, чтобы потом отказать, как она это делала прежде. Но при мне она держала себя с Керном очень просто и хорошо; вообще она производит лучшее впечатление, чем летом, но противно то, что курит немилосердно и много пьёт вина. От Саши н её свиты отличные известия. Саша хорошо себя чувствует и восхищается Крымом, за Верой сильно ухаживает Римский-Корсаков, тот самый, что в Петербурге приударял за нею. Он адъютант В[еликого] к[нязя] Конт[аитина Ник[олаевича], живёт в Орианде и недавно устроил для наших дам завтрак в лесу, к которому неожидаино пришёл сам Вел[икий] кн[язь] н очень обласкал Сашу, Веру и Уку.		Анатоша! Сегодня приехал сюда, а Лева сейчас уже уезжает, так что я остаюсь один. Каменка произвела на меня антипатичное впечатление, во-1-х, потому, что вследствие морозов и двухмесячной засухи не видно нигде ни клочка зелени, а во-2-х, в воздухе носится заразительная вонь от гниющего Тясмина. Но зато комнату (бывший Левин кабинет) устроили мне чудесно, и она мне чрезвычайно по душе. Я остался в Киеве по просьбе детей на лишние сутки, и при мне произошли два важные эпизода: 1) Керн сделал Тане формальное предложение и 2) Борис приколотил яростно Степана, за что был тотчас же выгнан, а Таня имела истерический припадок. Лева ускорил свой отъезд отсюда, так как в самом деле положение одиноких девушек очень щекотливо. Таня не отказала Керну, но и не согласилась отдать ему свою руку. Не знаю, как она вела себя до этой развязки и не кокетствам ли она так далека завлекла его, чтобы потом отказать, как она это делала прежде. Но при мне она держала себя с Керном очень просто и хорошо; вообще она производит лучшее впечатление, чем летом, но противно то, что курит немилосердно и много пьёт вина. От Саши и её свиты отличные известия. Саша хорошо себя чувствует и восхищается Крымом, за Верой сильно ухаживает Римский-Корсаков, тот самый, что в Петербурге приударял за нею. Он адъютант В[еликого] к[нязя] Конт[аитина Ник[олаевича], живёт в Орианде и недавно устроил для наших дам завтрак в лесу, к которому неожидаино пришёл сам Вел[икий] кн[язь] н очень обласкал Сашу, Веру и Уку.

	Не знаю, как будет дальше, а покамест одинокость моей жизни здесь меня не пугает, скорее радует, и я боюсь только, что будут нарушать моё спокойствие визиты. Обедать буду всегда в большом доме, завтракать у себя в 11 час[ов] утра.		Не знаю, как будет дальше, а покамест одинокость моей жизни здесь меня не пугает, скорее радует, и я боюсь только, что будут нарушать моё спокойствие визиты. Обедать буду всегда в большом доме, завтракать у себя в 11 час[ов] утра.
Line 20:		Line 20:
	Напиши мне, как № твоего дома: Боюсь, чтоб не путали с другим Быковским домом.		Напиши мне, как № твоего дома: Боюсь, чтоб не путали с другим Быковским домом.

	\|Translated text=		\|Translated text={{right\|''5 October''<br/>[[Kamenka]]}}
			[[Anatosha]]! I came here today, but [[Lyova]] is already just leaving, so I'm being left alone. [[Kamenka]] made an unsympathetic impression on me: firstly, because of the frosts and a two-month drought there isn't a single patch of greenery to be seen anywhere, and secondly, the air is filled with a miasmatic stench from the putrid Tyasmin. But then the room (formerly [[Lyova]]'s office) was arranged wonderfully for me, and it does wonders for my soul. I stayed an extra night in [[Kiev]] at the children's' request, and two important episodes happened in my presence: 1) Kern made a formal proposal to [[Tanya]] and 2) Boris furiously beat Stepan, for which he was immediately thrown out, and [[Tanya]] had a hysterical fit. [[Lyova]] hastened his departure from here, since the position of the single girls is indeed delicate. [[Tanya]] did not refuse Kern, but nor did she agree to give him her hand. I don't know how she behaved before this denouement, and whether it was through coquetry that she lured him so far, only to then refuse him, as she's done before. But in my presence she behaved very simply and well with Kern; in general she makes a better impression that in the summer, but the horrible thing is that she smokes mercilessly and drinks lots of wine. There is splendid news from [[Sasha]] and her retinue. [[Sasha]] feels well and is delighted with Crimea. [[Vera]] is being courted by Rimsky-Korsakov, the same one who was flirting with her in [[Petersburg]]. He is the adjutant to the [[Grand Duke Konstantin Nikolayevich]], lives in Orianda, and recently arranged a lunch for our ladies in the forest, to which the Grand Duke himself unexpectedly came, and was very kind to [[Sasha]], [[Vera]] and [[Uka]].

			I don't know what will happen next, but for now the solitude of my life here does not alarm me, but makes me rather glad, and I'm only afraid that my peace will be disturbed by visitors. I'll always have dinner in the big house and lunch by myself at 11 in the morning.

			I kiss you, golubchik [[Anatosha]].
			{{right\|Yours, P. Tchaikovsky}}
			Write to me your house number; I fear I may have confused it with another house on Bykovsky.
	}}		}}

Brett: 1 revision imported

2022-07-12T12:39:31Z

1 revision imported

← Older revision	Revision as of 14:39, 12 July 2022
(No difference)

Brett at 19:52, 23 April 2020

2020-04-23T19:52:27Z

New page

{{letterhead
|Date=5/17 October 1881
|To=[[Anatoly Tchaikovsky]]
|Place=[[Kamenka]]
|Language=Russian
|Autograph=[[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}} (a{{sup|3}}, No. 1366)
|Publication={{bib|1966/44|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том X}} (1966), p. 232–233
}}
==Text==
{{Lettertext
|Language=Russian
|Translator=
|Original text={{right|''5 октября''<br/>Каменка}}
Анатоша! Сегодня приехал сюда, а Лева сейчас уже уезжает, так что я остаюсь один. Каменка произвела на меня антипатичное впечатление, во-1-х, потому, что вследствие морозов и двухмесячной засухи не видно нигде ни клочка зелени, а во-2-х, в воздухе носится заразительная вонь от гниющего Тясмина. Но зато комнату (бывший Левин кабинет) устроили мне чудесно, и она мне чрезвычайно по душе. Я остался в Киеве по просьбе детей на лишние сутки, и при мне произошли два важные эпизода: 1) Керн сделал Тане формальное предложение и 2) Борис приколотил яростно Степана, за что был тотчас же выгнан, а Таня имела истерический припадок. Лева ускорил свой отъезд отсюда, так как в самом деле положение одиноких девушек очень щекотливо. Таня не отказала Керну, но и не согласилась отдать ему свою руку. Не знаю, как она вела себя до этой развязки и не кокетствам ли она так далека завлекла его, чтобы потом отказать, как она это делала прежде. Но при мне она держала себя с Керном очень просто и хорошо; вообще она производит лучшее впечатление, чем летом, но противно то, что курит немилосердно и много пьёт вина. От Саши н её свиты отличные известия. Саша хорошо себя чувствует и восхищается Крымом, за Верой сильно ухаживает Римский-Корсаков, тот самый, что в Петербурге приударял за нею. Он адъютант В[еликого] к[нязя] Конт[аитина Ник[олаевича], живёт в Орианде и недавно устроил для наших дам завтрак в лесу, к которому неожидаино пришёл сам Вел[икий] кн[язь] н очень обласкал Сашу, Веру и Уку.

Не знаю, как будет дальше, а покамест одинокость моей жизни здесь меня не пугает, скорее радует, и я боюсь только, что будут нарушать моё спокойствие визиты. Обедать буду всегда в большом доме, завтракать у себя в 11 час[ов] утра.

Целую тебя, голубчик Анатоша.
{{right|Твой, П. Чайковский}}
Напиши мне, как № твоего дома: Боюсь, чтоб не путали с другим Быковским домом.

|Translated text=
}}