Letter 240

Revision as of 09:47, 20 June 2020 by Brett (talk | contribs)
(diff) ← Older revision | Latest revision (diff) | Newer revision → (diff)
Date 28 September/10 October 1871
Addressed to Nikolay Tchaikovsky
Where written Moscow
Language Russian
Autograph Location Saint Petersburg (Russia): National Library of Russia (ф. 834, ед. хр. 37, л. 1–2)
Publication Жизнь Петра Ильича Чайковского, том 1 (1900), p. 372 (abridged)
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том V (1959), p. 262–263

Text and Translation

Russian text
(original)
English translation
By Yulia Laukhina
28 сентября
Москва

Милый братец!

Очень тебе благодарен за сведения о Заке и за участие, которое ты в нем питаешь. Это чрезвычайно меня трогает и свидетельствует о твоём добром сердце и способности ценить хороших людей. Я тебя хочу просить о следующем. Так как ты (к величайшему моему удовольствию) хочешь избавить на зиму Зака от поездок, то не сочтёшь ли возможным и полезным для него дать ему в скором времени кратковременный отпуск в Москву. Я нахожу, что это необходимо для него, чтобы освежиться в среде несколько высшей, чем та, которая его окружает. Я боюсь, как бы не огрубел он и как бы не заглохли в нем инстинкты к умственному усовершенствованию. Наконец, ему необходимо повидаться с матерью, которая ноет в тоске по нем.

Прошу тебя, голубчик, если ты находишь моё мнение основательны, — дозволь и даже прикажи ему проездиться в Москву; ты этим и мне доставишь большое удовольствие.

Я сильно стосковался по нем и боюсь за его будущность: боюсь, чтобы физическая деятельность не убила в нем его высших стремлений. Скажу тебе откровенно, что если я замечу в нем нравственный и умственный упадок, то употреблю меры к приисканию ему другой деятельности. Но как бы то ни было, а мне совершенно необходимо его видеть. Ради Бога, устрой это.

Про себя скажу, что не могу нарадоваться на свою решимость расстаться с Рубинштейном. Несмотря на всю мою дружбу к нему, его сожительство меня тяготило; я устроился очень мило и рад чувствовать себя полным хозяином. Очень усердно занимаюсь сочинением оперы, которая должна быть готова к концу года.

Насчёт наших счётов я вспомнил подробно, что ты дал мне 225 на покупку инструмента, 15 на перевозку и 10 для уплаты Фоглеру, а так как я дал за инструмент 250 р[ублей], то ты мне состоял должным 10 рублей. За уплатой же их Модесту — мы квиты.

Целую тебя.

П. Чайковский

Вполне оправдываю и поощряю твои планы бросить Конотоп.

28 September
Moscow

Dear brother!

I'm very grateful to you for news about Sack and for the concern you have shown for him. I found this extremely touching, and it demonstrates your kind heart and ability to appreciate good people. I want to ask you about the following. Since you (to my greatest satisfaction) want to save Sack from travelling in the winter, would you consider it possible and useful for him to give him a short vacation to Moscow in the near future? I consider it essential for him to improve himself in a somewhat loftier environment than his current surroundings. I'm afraid that he could become coarse and that his urges for mental improvement could die away. Ultimately, he needs to see his mother, who is missing him.

I ask you, golubchik, if you find my opinion sound, to allow and even instruct him to go to Moscow; it will please me greatly if you do so.

I've grieved for him and I'm afraid for his future: I'm afraid that physical activity will kill off his noblest aspirations. I'll tell you frankly that I notice him morally or mentally declining, then I'll take measures to find him other employment. But be that as it may, it's absolutely essential that I see him. For God's sake, arrange it.

As for me, I can only congratulate myself for my decision to part with Rubinstein. In spite of all my friendship for him, living with him was oppressive for me; I have settled down very nicely, and am glad to feel an absolute master here. I'm working very hard on composing an opera, which must be ready by the end of the year [1].

As for our accounts, I remembered in detail that you gave me 225 for the purchase of the instrument, 15 for transportation, and 10 for payment to Fogler, and since I gave 250 rubles for the instrument, you owe me 10 rubles. After you've paid them to Modest, we're quits.

I kiss you.

P. Tchaikovsky

I completely endorse and encourage your plans to leave Konotop.

Notes and References

  1. The opera Vakula the Smith, Op. 14.