Difference between revisions of "Letter 275"

m
 
Line 12: Line 12:
 
|Translator=Alexander Poznansky and Brett Langston
 
|Translator=Alexander Poznansky and Brett Langston
 
|Original text={{right|''2-го ноября'' 1872}}
 
|Original text={{right|''2-го ноября'' 1872}}
Модя! Меня просто совесть терзает в наказанье за то, что не пишу тебе, — но что же мне делать, когда симфония, которую я доканчиваю, до такой степени поглотила меня, что я не в состоянии приняться ни за что другое. Это гениальное произведение (как называет мою симфонию Ник[олай] Дм[итриевич] Кондратьев) близко к концу, и как только будет расписано на партии, так сейчас и исполнится. Мне кажется, что это моё лучшее произведение в отношении законченности формы, — качества, которым я доселе не блистал. Желательно, чтоб ты его послушал, и вообще ты бы прекрасно сделал, если б хотя ненадолго явился в Москву после твоего черкасского пленения. Вообще, хоть я тебе и не пишу (да и вообще никому в мире не пишу), но часто и с сокрушением думаю о твоей тоске; надеюсь, по крайней мере, что Капнист не станет долго терзать тебя и ты возвратишься в объятия коллежского секретаря Юзефовича, которого прелестно пропечатали недавно в «Петерб[ургских] вед[омостях]» за его глупейшую выходку в думе. Пишу тебе о нем и хохочу, вспоминаю его хронический насморк и ногоподобные руки. Из новостей сообщаю тебе следующее: 1) Кондратьев провёл в Москве 1½ недели и уехал за границу, похитив незабвенного Алёшу Киселёва. Марья Сергеевна завтра тоже уезжает. Он был в Москве забавнее, чем когда-либо. 2) Володя поселился в Москве и купил себе прелестный 6арскии домик, в к[ото]рый скоро переедет. 3) Старая ''Львовна'' по-прежнему шляется ко мне и теперь сделалась для меня такой же необходимостью как сцальный горшок, бумага для подтирки и нотная бумага для оркестровки симфонии. Часто вспоминает о черкасской бессарабке. 4) Я познакомился здесь с одним твоим (как он уверяет) приятелем ''Бурнашевым''. Напоминает сильно Масалитинова и вообще мне нисколько не нравится. 5) О Давыдовых ничего не пишу, ибо ты знаешь о них всякую штуку. 6) Прочёл если не прекрасную, то необыкновенно тонкую штуку ''Дроза «Babolain»''. Советую тебе приобресть у коллежского секретаря этот романчик. 7) Мой квартет произвёл в Петербурге фурор. 8) Донауров написал мне очень тронувшее меня письмо из Петерб[урга] накануне своего отъезда за границу, куда он переселяется, вероятно, на очень долго. На какие деньги?—не знаю. 9) С Бибиковым в натянутых отношениях. Прощай, молодая ''Чайчиха''!
+
Модя! Меня просто совесть терзает в наказанье за то, что не пишу тебе, — но что же мне делать, когда симфония, которую я доканчиваю, до такой степени поглотила меня, что я не в состоянии приняться ни за что другое. Это гениальное произведение (как называет мою симфонию Ник[олай] Дм[итриевич] Кондратьев) близко к концу, и как только будет расписано на партии, так сейчас и исполнится. Мне кажется, что это моё лучшее произведение в отношении законченности формы, — качества, которым я доселе не блистал. Желательно, чтоб ты его послушал, и вообще ты бы прекрасно сделал, если б хотя ненадолго явился в Москву после твоего черкасского пленения. Вообще, хоть я тебе и не пишу (да и вообще никому в мире не пишу), но часто и с сокрушением думаю о твоей тоске; надеюсь, по крайней мере, что Капнист не станет долго терзать тебя и ты возвратишься в объятия коллежского секретаря Юзефовича, которого прелестно пропечатали недавно в «Петерб[ургских] вед[омостях]» за его глупейшую выходку в думе. Пишу тебе о нем и хохочу, вспоминаю его хронический насморк и ногоподобные руки. Из новостей сообщаю тебе следующее: 1) Кондратьев провёл в Москве 1½ недели и уехал за границу, похитив незабвенного Алёшу Киселёва. Марья Сергеевна завтра тоже уезжает. Он был в Москве забавнее, чем когда-либо. 2) Володя поселился в Москве и купил себе прелестный 6арскии домик, в к[ото]рый скоро переедет. 3) Старая ''Львовна'' по-прежнему шляется ко мне и теперь сделалась для меня такой же необходимостью как сцальный горшок, бумага для подтирки и нотная бумага для оркестровки симфонии. Часто вспоминает о черкасской бессарабке. 4) Я познакомился здесь с одним твоим (как он уверяет) приятелем ''Бурнашевым''. Напоминает сильно Масалитинова и вообще мне нисколько не нравится. 5) О Давыдовых ничего не пишу, ибо ты знаешь о них всякую штуку. 6) Прочёл если не прекрасную, то необыкновенно тонкую штуку ''Дроза «Babolain»''. Советую тебе приобресть у коллежского секретаря этот романчик. 7) Мой квартет произвёл в Петербурге фурор. 8) Донауров написал мне очень тронувшее меня письмо из Петерб[урга] накануне своего отъезда за границу, куда он переселяется, вероятно, на очень долго. На какие деньги? — не знаю. 9) С Бибиковым в натянутых отношениях. Прощай, молодая ''Чайчиха''!
  
 
Преданная и любящая сестра Петролина.
 
Преданная и любящая сестра Петролина.
Line 21: Line 21:
  
 
|Translated text={{right|''2nd November'' 1872}}
 
|Translated text={{right|''2nd November'' 1872}}
[[Modya]]! My conscience is tormenting me for not writing to you—but what can I do when the symphony <ref name="note1"/>, which I'm finishing off, has engrossed me so deeply that I'm not able to do anything else. The writing of this work of genius (as [[Nikolay Kondratyev|Nikolay Dmitryevich Kondratyev]] calls my symphony) is nearing its end, and as soon as the parts are ready it will be performed. I think this is my best creation, in terms of perfection of form—a quality which I've hitherto failed to achieve. I want you to hear it, and it would be nice if you could make it to [[Moscow]], even for a short time, after your incarceration in Cherkassy <ref name="note2"/>. Generally, though, I've not been writing anything (and generally I've not written to a soul), but I often ruefully think about your homesickness; I hope at the very least that Kapnist <ref name="note3"/> won't torment you for much longer before you're back in the arms of collegiate secretary Yuzefovich <ref name="note4"/>, who was delightfully sent up recently in the "[[Petersburg]] Gazette" for his foolish escapades in the duma <ref name="note5"/>. I'm laughing as I write to you, remembering his continually running nose and clammy hands. Let me report to you the following news: 1) [[Kondratyev]] spent a week and half in [[Moscow]], then went abroad, abducting the unforgettable Alyosha Kiselyev <ref name="note6"/>. [[Mariya Kondratyeva|Mariya Sergeyevna]] is also leaving tomorrow. He was funnier than ever in [[Moscow]]. 2) [[Vladimir Shilovsky|Volodya]] has settled in [[Moscow]] and bought himself a charming little manor house to which he will soon be moving. 3) Old ''Lvovna'' <ref name="note7"/> loafs about as usual, and has become to me as indispensible as a chamber pot, toilet paper and music paper for orchestrating a symphony. He often reminisces about the Bessarabian girl from Cherkassy. 4) I made the acquaintance here of one of your friends (so he claims) ''Burnashev''. He reminds me very much of Masalitinov and in general I don't like him in the least. 5) I'm not writing about the Davydovs because you know every iota there is to know about them. 6) I've been reading a remarkably fine, if not excellent, little thing called ''Babolain'' by ''Droz'' <ref name="note8"/>. I advise you to acquire this little novel from the college secretary. 7) My quartet caused a furore in [[Petersburg]] <ref name="note9"/>. 8) Donaurov wrote me a very touching letter <ref name="note10"/> from [[Petersburg]] on the eve of his departure abroad, where he's settled, probably for quite a while. How does he afford it? I don't know. 9) I'm at loggerheads with Bibikov. Goodbye, young ''Chaychikha''! <ref name="note11"/>  
+
[[Modya]]! My conscience is tormenting me for not writing to you — but what can I do when the symphony <ref name="note1"/>, which I'm finishing off, has engrossed me so deeply that I'm not able to do anything else. The writing of this work of genius (as [[Nikolay Kondratyev|Nikolay Dmitryevich Kondratyev]] calls my symphony) is nearing its end, and as soon as the parts are ready it will be performed. I think this is my best creation, in terms of perfection of form — a quality which I've hitherto failed to achieve. I want you to hear it, and it would be nice if you could make it to [[Moscow]], even for a short time, after your incarceration in Cherkassy <ref name="note2"/>. Generally, though, I've not been writing anything (and generally I've not written to a soul), but I often ruefully think about your homesickness; I hope at the very least that Kapnist <ref name="note3"/> won't torment you for much longer before you're back in the arms of collegiate secretary Yuzefovich <ref name="note4"/>, who was delightfully sent up recently in the "[[Petersburg]] Gazette" for his foolish escapades in the duma <ref name="note5"/>. I'm laughing as I write to you, remembering his continually running nose and clammy hands. Let me report to you the following news: 1) [[Kondratyev]] spent a week and half in [[Moscow]], then went abroad, abducting the unforgettable Alyosha Kiselyev <ref name="note6"/>. [[Mariya Kondratyeva|Mariya Sergeyevna]] is also leaving tomorrow. He was funnier than ever in [[Moscow]]. 2) [[Vladimir Shilovsky|Volodya]] has settled in [[Moscow]] and bought himself a charming little manor house to which he will soon be moving. 3) Old ''Lvovna'' <ref name="note7"/> loafs about as usual, and has become to me as indispensible as a chamber pot, toilet paper and music paper for orchestrating a symphony. He often reminisces about the Bessarabian girl from Cherkassy. 4) I made the acquaintance here of one of your friends (so he claims) ''Burnashev''. He reminds me very much of Masalitinov and in general I don't like him in the least. 5) I'm not writing about the Davydovs because you know every iota there is to know about them. 6) I've been reading a remarkably fine, if not excellent, little thing called ''Babolain'' by ''Droz'' <ref name="note8"/>. I advise you to acquire this little novel from the college secretary. 7) My quartet caused a furore in [[Petersburg]] <ref name="note9"/>. 8) Donaurov wrote me a very touching letter <ref name="note10"/> from [[Petersburg]] on the eve of his departure abroad, where he's settled, probably for quite a while. How does he afford it? I don't know. 9) I'm at loggerheads with Bibikov. Goodbye, young ''Chaychikha''! <ref name="note11"/>  
  
 
Your devoted and loving sister Petrolina.
 
Your devoted and loving sister Petrolina.
Line 38: Line 38:
 
<ref name="note5">This article appeared in the ''Saint Petersburg Gazette'' (Санкт Петербургские ведомости), 22 October 1872 {{OS}}.</ref>
 
<ref name="note5">This article appeared in the ''Saint Petersburg Gazette'' (Санкт Петербургские ведомости), 22 October 1872 {{OS}}.</ref>
 
<ref name="note6">Aleksey Kiselev was [[Nikolay Kondratyev]]'s servant.</ref>
 
<ref name="note6">Aleksey Kiselev was [[Nikolay Kondratyev]]'s servant.</ref>
<ref name="note7">Nikolay Lvovich Bochechkarov (d. 1879), an eccentric old man whom Tchaikovsky supported financially during his [[Moscow]] years. For more information on his role in the composer's life, see: Alexander Poznansky, ''{{bib|1991/72|Tchaikovsky. The quest for the inner man}}'' (1991) and ''{{bib|2009/16|Пётр Чайковский: Биография}}'' (2009).</ref>
+
<ref name="note7">Nikolay Lvovich Bochechkarov (d. 1879), an eccentric old man whom Tchaikovsky supported financially during his [[Moscow]] years. For more information on his role in the composer's life, see: {{bib|1991/72|Tchaikovsky. The quest for the inner man}} (1991) and {{bib|2009/16|Пётр Чайковский: Биография}} (2009).</ref>
<ref name="note8">The novel ''Babolain'' by the French writer Antoine Gustave Droz (1832-1995) was first published in [[Paris]] in 1872.</ref>
+
<ref name="note8">The novel ''Babolain'' by the French writer Antoine Gustave Droz (1832-1895) was first published in [[Paris]] in 1872.</ref>
<ref name="note9">Tchaikovsky's [[String Quartet No. 1]] was given its premiére in the Russian capital at a Russian Musical Society concert on 24 October/5 November 1872.</ref>
+
<ref name="note9">Tchaikovsky's [[String Quartet No. 1]] was given its premiere in the Russian capital at a Russian Musical Society concert on 24 October/5 November 1872.</ref>
 
<ref name="note10">This letter from Sergey Donaurov has not survived.</ref>
 
<ref name="note10">This letter from Sergey Donaurov has not survived.</ref>
 
<ref name="note11">"Chaychikha" was the familiar name of the composer's great-grandmother.</ref>
 
<ref name="note11">"Chaychikha" was the familiar name of the composer's great-grandmother.</ref>
 
</references>
 
</references>

Latest revision as of 16:41, 20 May 2020

Date 2/14 November 1872
Addressed to Modest Tchaikovsky
Where written Moscow
Language Russian
Autograph Location Saint Petersburg (Russia): National Library of Russia (ф. 834, ед. хр. 36, л. 44–45)
Publication Жизнь Петра Ильича Чайковского, том 1 (1900), p. 393–394 (abridged)
П. И. Чайковский. Письма к родным (1940), p. 184–185 (abridged)
П. И. Чайковский. Письма к близким. Избранное (1955), p. 76 (abridged)
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том V (1959), p. 287–288 (abridged)
Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography (1981), p. 74 (English translation; abridged)

Text and Translation

Russian text
(original)
English translation
By Alexander Poznansky and Brett Langston
2-го ноября 1872

Модя! Меня просто совесть терзает в наказанье за то, что не пишу тебе, — но что же мне делать, когда симфония, которую я доканчиваю, до такой степени поглотила меня, что я не в состоянии приняться ни за что другое. Это гениальное произведение (как называет мою симфонию Ник[олай] Дм[итриевич] Кондратьев) близко к концу, и как только будет расписано на партии, так сейчас и исполнится. Мне кажется, что это моё лучшее произведение в отношении законченности формы, — качества, которым я доселе не блистал. Желательно, чтоб ты его послушал, и вообще ты бы прекрасно сделал, если б хотя ненадолго явился в Москву после твоего черкасского пленения. Вообще, хоть я тебе и не пишу (да и вообще никому в мире не пишу), но часто и с сокрушением думаю о твоей тоске; надеюсь, по крайней мере, что Капнист не станет долго терзать тебя и ты возвратишься в объятия коллежского секретаря Юзефовича, которого прелестно пропечатали недавно в «Петерб[ургских] вед[омостях]» за его глупейшую выходку в думе. Пишу тебе о нем и хохочу, вспоминаю его хронический насморк и ногоподобные руки. Из новостей сообщаю тебе следующее: 1) Кондратьев провёл в Москве 1½ недели и уехал за границу, похитив незабвенного Алёшу Киселёва. Марья Сергеевна завтра тоже уезжает. Он был в Москве забавнее, чем когда-либо. 2) Володя поселился в Москве и купил себе прелестный 6арскии домик, в к[ото]рый скоро переедет. 3) Старая Львовна по-прежнему шляется ко мне и теперь сделалась для меня такой же необходимостью как сцальный горшок, бумага для подтирки и нотная бумага для оркестровки симфонии. Часто вспоминает о черкасской бессарабке. 4) Я познакомился здесь с одним твоим (как он уверяет) приятелем Бурнашевым. Напоминает сильно Масалитинова и вообще мне нисколько не нравится. 5) О Давыдовых ничего не пишу, ибо ты знаешь о них всякую штуку. 6) Прочёл если не прекрасную, то необыкновенно тонкую штуку Дроза «Babolain». Советую тебе приобресть у коллежского секретаря этот романчик. 7) Мой квартет произвёл в Петербурге фурор. 8) Донауров написал мне очень тронувшее меня письмо из Петерб[урга] накануне своего отъезда за границу, куда он переселяется, вероятно, на очень долго. На какие деньги? — не знаю. 9) С Бибиковым в натянутых отношениях. Прощай, молодая Чайчиха!

Преданная и любящая сестра Петролина.

Пиши и адресуй в Консерваторию.

Об Анатоле уже давно ни слуху, ни духу.

2nd November 1872

Modya! My conscience is tormenting me for not writing to you — but what can I do when the symphony [1], which I'm finishing off, has engrossed me so deeply that I'm not able to do anything else. The writing of this work of genius (as Nikolay Dmitryevich Kondratyev calls my symphony) is nearing its end, and as soon as the parts are ready it will be performed. I think this is my best creation, in terms of perfection of form — a quality which I've hitherto failed to achieve. I want you to hear it, and it would be nice if you could make it to Moscow, even for a short time, after your incarceration in Cherkassy [2]. Generally, though, I've not been writing anything (and generally I've not written to a soul), but I often ruefully think about your homesickness; I hope at the very least that Kapnist [3] won't torment you for much longer before you're back in the arms of collegiate secretary Yuzefovich [4], who was delightfully sent up recently in the "Petersburg Gazette" for his foolish escapades in the duma [5]. I'm laughing as I write to you, remembering his continually running nose and clammy hands. Let me report to you the following news: 1) Kondratyev spent a week and half in Moscow, then went abroad, abducting the unforgettable Alyosha Kiselyev [6]. Mariya Sergeyevna is also leaving tomorrow. He was funnier than ever in Moscow. 2) Volodya has settled in Moscow and bought himself a charming little manor house to which he will soon be moving. 3) Old Lvovna [7] loafs about as usual, and has become to me as indispensible as a chamber pot, toilet paper and music paper for orchestrating a symphony. He often reminisces about the Bessarabian girl from Cherkassy. 4) I made the acquaintance here of one of your friends (so he claims) Burnashev. He reminds me very much of Masalitinov and in general I don't like him in the least. 5) I'm not writing about the Davydovs because you know every iota there is to know about them. 6) I've been reading a remarkably fine, if not excellent, little thing called Babolain by Droz [8]. I advise you to acquire this little novel from the college secretary. 7) My quartet caused a furore in Petersburg [9]. 8) Donaurov wrote me a very touching letter [10] from Petersburg on the eve of his departure abroad, where he's settled, probably for quite a while. How does he afford it? I don't know. 9) I'm at loggerheads with Bibikov. Goodbye, young Chaychikha! [11]

Your devoted and loving sister Petrolina.

Address it to Conservatory when you write.

I've not heard a peep from Anatoly in ages.

Notes and References

  1. Tchaikovsky was orchestrating his Symphony No. 2, which he had written the previous summer.
  2. At this time Modest Tchaikovsky was working for the Ministry of Justice in Cherkassky.
  3. Pavel Alekseyevich Kapnist (1842-1904), state prosecutor for Kiev province.
  4. Vladimir Mikhaylovich Yuzefovich (1848-1893), senior government official in Kiev.
  5. This article appeared in the Saint Petersburg Gazette (Санкт Петербургские ведомости), 22 October 1872 [O.S.].
  6. Aleksey Kiselev was Nikolay Kondratyev's servant.
  7. Nikolay Lvovich Bochechkarov (d. 1879), an eccentric old man whom Tchaikovsky supported financially during his Moscow years. For more information on his role in the composer's life, see: Tchaikovsky. The quest for the inner man (1991) and Пётр Чайковский. Биография, том I (2009).
  8. The novel Babolain by the French writer Antoine Gustave Droz (1832-1895) was first published in Paris in 1872.
  9. Tchaikovsky's String Quartet No. 1 was given its premiere in the Russian capital at a Russian Musical Society concert on 24 October/5 November 1872.
  10. This letter from Sergey Donaurov has not survived.
  11. "Chaychikha" was the familiar name of the composer's great-grandmother.