Difference between revisions of "Letter 382"

m (Text replacement - ",—" to ", — ")
 
Line 11: Line 11:
 
|Language=Russian
 
|Language=Russian
 
|Translator=Brett Langston
 
|Translator=Brett Langston
|Original text={{right|''1-го января 1875 г. Москва''.}}
+
|Original text={{right|''1-го января 1875 г[ода]''<br/>''Москва''.}}
Эдуард Францевич! Извините, что надоедаю Вам своими письмами и певицей ''Ильиной''. Я вижу из последних слов Вашего письма, что Вы, кажется, считаете меня обижающимся на Ваш отзыв о моей недобросовестности в деле с Ильиной. Если бы Вы даже и в самом деле выразились так, я бы нисколько не обиделся, а только пожалел бы о недоразумении, которое трудно разъяснить письменно. Но дело в том, что я теперь ясно вижу, что ''Ильина'' не поняла меня и вообразила, что я послал её к Вам в качестве первой примадонны. Соблазнившись красивым звуком её голоса и осмысленностью, с которою она мне спела арию Глинки, я подумал, что, быть может, она пригодится Вам, как второстепенная примадонна, вроде Андроновой и Калгиной. Я спросил ее, может ли она съездить в Петербург на свой счёт, чтобы явиться к Вам; она ответила, что это нисколько не отяготит ее, — и я тогда дал ей рекомендательное
+
Эдуард Францевич! Извините, что надоедаю Вам своими письмами и певицей ''Ильиной''. Я вижу из последних слов Вашего письма, что Вы, кажется, считаете меня обижающимся на Ваш отзыв о моей недобросовестности в деле с Ильиной. Если бы Вы даже и в самом деле выразились так, я бы нисколько не обиделся, а только пожалел бы о недоразумении, которое трудно разъяснить письменно. Но дело в том, что я теперь ясно вижу, что ''Ильина'' не поняла меня и вообразила, что я послал её к Вам в качестве первой примадонны. Соблазнившись красивым звуком её голоса и осмысленностью, с которою она мне спела арию Глинки, я подумал, что, быть может, она пригодится Вам, как второстепенная примадонна, вроде Андроновой и Калгиной. Я спросил её, может ли она съездить в Петербург на свой счёт, чтобы явиться к Вам; она ответила, что это нисколько не отяготит её, — и я тогда дал ей рекомендательное письмо, предупредив, что немедленный приём на Мариинскую сцену совсем не будет непременным последствием её поездки, а что это только ''возможно''. Оказывается, что она у Вас осрамилась как музыкантша, и я нисколько этому не удивляюсь. Во всяком случае, я виноват кругом тем, что пришёл в не умеренный восторг, выслушавши её только в одной хорошо выученной арии. Очень жалею, что не удалось оказать Вам услугу, но ещё больше жалею, что принял участие в деле Ильиной. Если бы Вы знали, до чего она мне теперь надоедает и до чего мне тягостно выслушивать её жалобы, в которых она косвенно упрекает меня в ''надувательстве''!
письмо, предупредив, что немедленный прием на Мариинскую сцену совсем не будет непременным последствием её поездки, а что это только ''возможно''. Оказывается, что она у Вас осрамилась как музыкантша, и я нисколько этому не удивляюсь. Во всяком случае, я виноват кругом тем, что пришёл в не умеренный восторг, выслушавши её только в одной хорошо выученной арии. Очень жалею, что не удалось оказать Вам услугу, но ещё больше жалею, что принял участие в деле Ильиной. Если бы Вы знали, до чего она мне теперь надоедает и до чего мне тягостно выслушивать её жалобы, в которых она косвенно упрекает меня в ''надувательстве''!
 
  
 
Как бы та ни было, а мне была бы очень неприятно, если б Вы вообразили, что я вследствие этой истории могу питать к Вам неприязненное чувство, как Вы, кажется, полагаете, судя по последним строкам Вашего письма. Такие пустяки никоим образом не могут расстроить то уважение и глубокую симпатию, которую Вы мне внушаете и как человек и как артист.
 
Как бы та ни было, а мне была бы очень неприятно, если б Вы вообразили, что я вследствие этой истории могу питать к Вам неприязненное чувство, как Вы, кажется, полагаете, судя по последним строкам Вашего письма. Такие пустяки никоим образом не могут расстроить то уважение и глубокую симпатию, которую Вы мне внушаете и как человек и как артист.
  
Искренно преданный Вам
+
Искренно преданный Вам,
 
{{right|П. Чайковский}}
 
{{right|П. Чайковский}}
 
Поздравляю Вас и Вашу супругу с Новым годом.
 
Поздравляю Вас и Вашу супругу с Новым годом.
  
|Translated text={{right|''1st January 1875. [[Moscow]].''}}
+
|Translated text={{right|''1st January 1875''<br/>''[[Moscow]]''}}
[[Eduard Frantsevich]]! Forgive me for bothering you with letters about the singer ''[[Ilyina]]''. I see from the last words of your letter that you seem to think I am offended by your assessment of my unscrupulousness in my dealings with [[Ilyina]]. Even if you had actually expressed it in that manner, I should not have been at all offended, and would only regret a misunderstanding that is difficult to explain by letter. But in point of fact I now see clearly that ''[[Ilyina]]'' misconstrued me, and imagined that I had sent her to you in the role of leading primadonna. Enticed by the beautiful sound of her voice and the expressiveness with which she sang [[Glinka]]'s aria for me, I though that, perhaps, she could serve you as a second-rank primadonna, much the same as Andronova and Kalgina. I advised her, provided she could to go to [[Petersburg]] on her own account, to present herself to you; she replied that this would present no hindrance at all for her—and I then gave her a letter of recommendation, cautioning that immediate engagement by the Mariinsky Theatre would not be an inevitable consequence of her journey, and this was merely a ''possibility''. In the event she disgraced herself as a musician before you, and I am not in the least surprised. At any rate, I am roundly to blame for my unrestrained rapture, after hearing her only in one well-rehearsed aria. I am very sorry to have done you a disservice, but even more sorry for my involvement with [[Ilyina]]. If you only knew how tiresome she is to me now, and how painful it is to hear her grumbling and indirectly accusing me of ''skulduggery''!
+
[[Eduard Frantsevich]]! Forgive me for bothering you with letters about the singer ''[[Ilyina]]''. I see from the last words of your letter that you seem to think I am offended by your assessment of my unscrupulousness in my dealings with [[Ilyina]]. Even if you had actually expressed it in that manner, I should not have been at all offended, and would only regret a misunderstanding that is difficult to explain by letter. But in point of fact I now see clearly that ''[[Ilyina]]'' misconstrued me, and imagined that I had sent her to you in the role of leading primadonna. Enticed by the beautiful sound of her voice and the expressiveness with which she sang [[Glinka]]'s aria for me, I though that, perhaps, she could serve you as a second-rank primadonna, much the same as Andronova and Kalgina. I advised her, provided she could to go to [[Petersburg]] on her own account, to present herself to you; she replied that this would present no hindrance at all for her — and I then gave her a letter of recommendation, cautioning that immediate engagement by the Mariinsky Theatre would not be an inevitable consequence of her journey, and this was merely a ''possibility''. In the event she disgraced herself as a musician before you, and I am not in the least surprised. At any rate, I am roundly to blame for my unrestrained rapture, after hearing her only in one well-rehearsed aria. I am very sorry to have done you a disservice, but even more sorry for my involvement with [[Ilyina]]. If you only knew how tiresome she is to me now, and how painful it is to hear her grumbling and indirectly accusing me of ''skulduggery''!
  
 
Be that as it may, I should be most discomfited if you imagine that as a consequence of this episode I might harbour any ill feelings towards you, which you seem to think, judging by the last line of your letter. Such nonsense can by no means diminish the respect and deep sympathy you inspire in me both as a person and as an artist.
 
Be that as it may, I should be most discomfited if you imagine that as a consequence of this episode I might harbour any ill feelings towards you, which you seem to think, judging by the last line of your letter. Such nonsense can by no means diminish the respect and deep sympathy you inspire in me both as a person and as an artist.
  
Your sincerely devoted
+
Your sincerely devoted,
 
{{right|P. Tchaikovsky}}
 
{{right|P. Tchaikovsky}}
 
Congratulations to you and your wife on the New Year.
 
Congratulations to you and your wife on the New Year.
 
}}
 
}}
 
{{DEFAULTSORT:Letter 0382}}
 
{{DEFAULTSORT:Letter 0382}}

Latest revision as of 14:04, 13 February 2020

Date 1/13 January 1875
Addressed to Eduard Nápravník
Where written Moscow
Language Russian
Autograph Location Saint Petersburg (Russia): Saint Petersburg State Museum of Theatre and Music (Гик 17195/7)
Publication Чайковский. Воспоминания и письма (1924), p. 115–116
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том V (1959), p. 386–387

Text and Translation

Russian text
(original)
English translation
By Brett Langston
1-го января 1875 г[ода]
Москва.

Эдуард Францевич! Извините, что надоедаю Вам своими письмами и певицей Ильиной. Я вижу из последних слов Вашего письма, что Вы, кажется, считаете меня обижающимся на Ваш отзыв о моей недобросовестности в деле с Ильиной. Если бы Вы даже и в самом деле выразились так, я бы нисколько не обиделся, а только пожалел бы о недоразумении, которое трудно разъяснить письменно. Но дело в том, что я теперь ясно вижу, что Ильина не поняла меня и вообразила, что я послал её к Вам в качестве первой примадонны. Соблазнившись красивым звуком её голоса и осмысленностью, с которою она мне спела арию Глинки, я подумал, что, быть может, она пригодится Вам, как второстепенная примадонна, вроде Андроновой и Калгиной. Я спросил её, может ли она съездить в Петербург на свой счёт, чтобы явиться к Вам; она ответила, что это нисколько не отяготит её, — и я тогда дал ей рекомендательное письмо, предупредив, что немедленный приём на Мариинскую сцену совсем не будет непременным последствием её поездки, а что это только возможно. Оказывается, что она у Вас осрамилась как музыкантша, и я нисколько этому не удивляюсь. Во всяком случае, я виноват кругом тем, что пришёл в не умеренный восторг, выслушавши её только в одной хорошо выученной арии. Очень жалею, что не удалось оказать Вам услугу, но ещё больше жалею, что принял участие в деле Ильиной. Если бы Вы знали, до чего она мне теперь надоедает и до чего мне тягостно выслушивать её жалобы, в которых она косвенно упрекает меня в надувательстве!

Как бы та ни было, а мне была бы очень неприятно, если б Вы вообразили, что я вследствие этой истории могу питать к Вам неприязненное чувство, как Вы, кажется, полагаете, судя по последним строкам Вашего письма. Такие пустяки никоим образом не могут расстроить то уважение и глубокую симпатию, которую Вы мне внушаете и как человек и как артист.

Искренно преданный Вам,

П. Чайковский

Поздравляю Вас и Вашу супругу с Новым годом.

1st January 1875
Moscow

Eduard Frantsevich! Forgive me for bothering you with letters about the singer Ilyina. I see from the last words of your letter that you seem to think I am offended by your assessment of my unscrupulousness in my dealings with Ilyina. Even if you had actually expressed it in that manner, I should not have been at all offended, and would only regret a misunderstanding that is difficult to explain by letter. But in point of fact I now see clearly that Ilyina misconstrued me, and imagined that I had sent her to you in the role of leading primadonna. Enticed by the beautiful sound of her voice and the expressiveness with which she sang Glinka's aria for me, I though that, perhaps, she could serve you as a second-rank primadonna, much the same as Andronova and Kalgina. I advised her, provided she could to go to Petersburg on her own account, to present herself to you; she replied that this would present no hindrance at all for her — and I then gave her a letter of recommendation, cautioning that immediate engagement by the Mariinsky Theatre would not be an inevitable consequence of her journey, and this was merely a possibility. In the event she disgraced herself as a musician before you, and I am not in the least surprised. At any rate, I am roundly to blame for my unrestrained rapture, after hearing her only in one well-rehearsed aria. I am very sorry to have done you a disservice, but even more sorry for my involvement with Ilyina. If you only knew how tiresome she is to me now, and how painful it is to hear her grumbling and indirectly accusing me of skulduggery!

Be that as it may, I should be most discomfited if you imagine that as a consequence of this episode I might harbour any ill feelings towards you, which you seem to think, judging by the last line of your letter. Such nonsense can by no means diminish the respect and deep sympathy you inspire in me both as a person and as an artist.

Your sincerely devoted,

P. Tchaikovsky

Congratulations to you and your wife on the New Year.