<?xml version="1.0"?>
<feed xmlns="http://www.w3.org/2005/Atom" xml:lang="en-GB">
	<id>https://en.tchaikovsky-research.net/index.php?action=history&amp;feed=atom&amp;title=Letter_1735</id>
	<title>Letter 1735 - Revision history</title>
	<link rel="self" type="application/atom+xml" href="https://en.tchaikovsky-research.net/index.php?action=history&amp;feed=atom&amp;title=Letter_1735"/>
	<link rel="alternate" type="text/html" href="https://en.tchaikovsky-research.net/index.php?title=Letter_1735&amp;action=history"/>
	<updated>2026-11-20T02:53:47Z</updated>
	<subtitle>Revision history for this page on the wiki</subtitle>
	<generator>MediaWiki 1.38.2</generator>
	<entry>
		<id>https://en.tchaikovsky-research.net/index.php?title=Letter_1735&amp;diff=49746&amp;oldid=prev</id>
		<title>Brett: 1 revision imported</title>
		<link rel="alternate" type="text/html" href="https://en.tchaikovsky-research.net/index.php?title=Letter_1735&amp;diff=49746&amp;oldid=prev"/>
		<updated>2022-07-12T12:39:18Z</updated>

		<summary type="html">&lt;p&gt;1 revision imported&lt;/p&gt;
&lt;table style=&quot;background-color: #fff; color: #202122;&quot; data-mw=&quot;interface&quot;&gt;
				&lt;tr class=&quot;diff-title&quot; lang=&quot;en-GB&quot;&gt;
				&lt;td colspan=&quot;1&quot; style=&quot;background-color: #fff; color: #202122; text-align: center;&quot;&gt;← Older revision&lt;/td&gt;
				&lt;td colspan=&quot;1&quot; style=&quot;background-color: #fff; color: #202122; text-align: center;&quot;&gt;Revision as of 13:39, 12 July 2022&lt;/td&gt;
				&lt;/tr&gt;&lt;tr&gt;&lt;td colspan=&quot;2&quot; class=&quot;diff-notice&quot; lang=&quot;en-GB&quot;&gt;&lt;div class=&quot;mw-diff-empty&quot;&gt;(No difference)&lt;/div&gt;
&lt;/td&gt;&lt;/tr&gt;&lt;/table&gt;</summary>
		<author><name>Brett</name></author>
	</entry>
	<entry>
		<id>https://en.tchaikovsky-research.net/index.php?title=Letter_1735&amp;diff=49745&amp;oldid=prev</id>
		<title>Brett: Text replacement - &quot;все-таки &quot; to &quot;всё-таки &quot;</title>
		<link rel="alternate" type="text/html" href="https://en.tchaikovsky-research.net/index.php?title=Letter_1735&amp;diff=49745&amp;oldid=prev"/>
		<updated>2020-01-25T11:30:14Z</updated>

		<summary type="html">&lt;p&gt;Text replacement - &amp;quot;все-таки &amp;quot; to &amp;quot;всё-таки &amp;quot;&lt;/p&gt;
&lt;p&gt;&lt;b&gt;New page&lt;/b&gt;&lt;/p&gt;&lt;div&gt;&amp;lt;small&amp;gt;Small text&amp;lt;/small&amp;gt;{{letterhead&lt;br /&gt;
|Date=30 April/12 May 1881&lt;br /&gt;
|To=[[Nadezhda von Meck]]&lt;br /&gt;
|Place=[[Kamenka]]&lt;br /&gt;
|Language=Russian&lt;br /&gt;
|Autograph=[[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}} (a{{sup|3}}, No. 719)&lt;br /&gt;
|Publication={{bib|1935/56|П. И. Чайковский. Переписка с Н. Ф. фон-Мекк ; том 2}} (1935), p. 505–507&amp;lt;br/&amp;gt;{{bib|1966/44|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том X}} (1966), p. 89–91&lt;br /&gt;
}}&lt;br /&gt;
==Text==&lt;br /&gt;
{{Lettertext&lt;br /&gt;
|Language=Russian&lt;br /&gt;
|Translator=&lt;br /&gt;
|Original text={{right|&amp;#039;&amp;#039;Каменка&amp;#039;&amp;#039;&amp;lt;br/&amp;gt;30 апр[еля] 1881}}&lt;br /&gt;
Дорогая моя! Сегодня я в первый раз после долгого промежутка времени могу написать Вам с несколько более спокойным духом. Как много я пережил в эту зиму! Сначала утрата Алёши, к которой я до сих пор не привык и никогда. не привыкну, потом постановка двух опер, поездка за границу, не принёсшая ничего, кроме горестных впечатлений, жизнь в Петербурге около больной сестры, возвращение в Каменку: — какая огромная масса всякого рода тревог, волнений и страхов! Я долго не опомнюсь от этих шести месяцев, а охота писать у меня прошла на многие дни. В настоящую минуту я даже не могу представить себя пишущим музыку, да и не до того. Невыразимо грустное впечатление производит на меня опустелый каменский дом. Если б ещё можно было надеяться на скорое возвращение хозяев, но, увы! из вчерашней депеши видно, что выздоровление сестры если и предвидится, то в отдалённом будущем. Здесь хозяйство очень страдает вследствие отсутствия Льва Васильевича. Но до чего мне жаль бедных деток, лишённых так надолго родительских ласк; особенно маленького Юрия я не могу видеть без желания прослезиться. Старшие дети стали как-то серьёзны и задумчивы; видно, что они понимают, какая страшная опасность угрожала и до сих пор ещё угрожает им. Большую перемену я нахожу в Тасе. Она сделалась солиднее, более ровна характером; роль старшей в доме она поддерживает с величайшим достоинством и чрезвычайно заботлива относительно меньших братьев. Все её добрые качества выступают теперь рельефнее; можно надеяться, что со временем она совсем исправится от своих маленьких недостатков. Я хорошо сделал, что приехал сюда; для детей это всё-таки некоторая замена родителей. Целый день я провожу с ними, и мне трудно передать словами, до чего трогательны их ласки и благодарность за то, что я приехал.&lt;br /&gt;
&lt;br /&gt;
Чрезвычайно грустно мне было видеть ослепшую старушку А. И. Давыдову, мать моего зятя, последнюю из декабристок, последовавших за мужьями в Сибирь. Один глаз она потеряла ещё в прошлом году; теперь от множества слез, пролитых по случаю смерти государя и разных семейных тревог, она лишилась и второго глаза. Но такова в ней сила религиозного чувства, что бедствие это она переносит с полным спокойствием и смирением перед божьей волей. Читали ли Вы, милый друг, в журнале «&amp;#039;&amp;#039;Русская мысль&amp;#039;&amp;#039;» за этот год повесть Данилевского, называемую «&amp;#039;&amp;#039;Каменкa&amp;#039;&amp;#039;»? В повести этой описывается именно наша Каменка в последние годы Александра 1-го. Действующими лицами являются отец, дяди, бабушка моего зятя, Пушкин, живший здесь долго, Раевские и т. д. Повесть написана с знанием дела, но не особенно даровито.&lt;br /&gt;
&lt;br /&gt;
Мне чрезвычайно досадно, что обстоятельства мешают мне поскорее сообщить Вам, дорогой друг, мнение Льва Вас[ильевича] о проекте арендного условия на завод Ваш. Я вижу однако же, что ранее недель двух мне не придётся увидеть его здесь, и потому посылаю условие это сегодня же в Петербург. Молю Бога, чтобы аренда эта состоялась на выгодных для Вас условиях. Несказанно радуюсь, что у Вас в доме все благополучно. Вряд ли мне придётся погостить это лето в Симаках. Я виделся с Алёшей в Москве и чувствую, что горе, причиняемое мне разлукой с ним, не только не улеглось, но ещё сделалось живее и острее. Он очень &amp;#039;&amp;#039;огрубел&amp;#039;&amp;#039; физически, т. е. стал грязен (ибо иначе и быть не может в казарменной жизни), но в особенности морально. Мысль, что четыре года пребывания в солдатчине совершенно исказят все его нравственное существо, просто убивает меня. Через три с половиной года он вернётся ко мне, но, увы, уже совсем другим Алёшей! Между тем, более чем когда-либо я чувствую, до чего он бы мне был нужен именно теперь, когда у меня накопилось в сердце так много горечи и когда прочные привязанности и привычная обстановка так успокоительно бы могли на меня действовать. Я знаю, что одно присутствие его около меня, сознание, что у меня под рукой существо, безгранично мне преданное и много лет бывшее моим постоянным спутником, — придало бы мне много нравственной силы для побеждения грызущей меня тайной тоски и отвращения к делу. Признаюсь Вам, что я боюсь этой тоски, боюсь упасть духом и сломиться. Очень может быть, что болезненное состояние моей души кратковременно, — но во всяком случае Алёша был бы мне теперь страшно нужен. Все, что мне напоминает его, действует на меня болезненно тяжело, ибо раскрывает все значение понесённой утраты. Вот почему я боюсь ехать в Симаки, где каждая минута жизни, каждый уголок дома будут постоянно растравлять мою рану.&lt;br /&gt;
&lt;br /&gt;
Воображаю, как бы засмеялся какой-нибудь чужой мне человек, читая эти строки, как бы удивился он, что можно тосковать и страдать &amp;#039;&amp;#039;по лакее&amp;#039;&amp;#039;. Но что же делать, если этот &amp;#039;&amp;#039;лакей&amp;#039;&amp;#039; был в то же время моим другом и притом столь преданным и любящим! &lt;br /&gt;
&lt;br /&gt;
Я поддался хандре, хотя, садясь писать Вам, хотел быть бодрым и спокойным. Может быть, скверная погода увеличивает мою тоску. Как бы то ни было, но я рад, что нахожусь в Каменке! Здесь я чувствую себя ближе к Вам и &amp;#039;&amp;#039;дома&amp;#039;&amp;#039;, — а это для меня главное. По крайней мере, я имею теперь возможность сбираться с мыслями и отдыхать от суеты и толпы городской.&lt;br /&gt;
&lt;br /&gt;
До свиданья, дорогая моя! Желаю Вам успеха в делах Ваших м здоровья. Поклонитесь, пожалуйста, Юлье Карловне, Пахульскому, Милочке, Саше, — всем Вашим милым сожителям.&lt;br /&gt;
&lt;br /&gt;
Безгранично Вам преданный,&lt;br /&gt;
{{right|П. Чайковский}}&lt;br /&gt;
&lt;br /&gt;
|Translated text=&lt;br /&gt;
}}&lt;/div&gt;</summary>
		<author><name>Brett</name></author>
	</entry>
</feed>