https://en.tchaikovsky-research.net/index.php?action=history&feed=atom&title=Letter_1820 2026-07-13T20:39:08Z Revision history for this page on the wiki MediaWiki 1.38.2 https://en.tchaikovsky-research.net/index.php?title=Letter_1820&diff=49864&oldid=prev 2022-07-12T12:39:26Z

<p>1 revision imported</p> <table style="background-color: #fff; color: #202122;" data-mw="interface"> <tr class="diff-title" lang="en-GB"> <td colspan="1" style="background-color: #fff; color: #202122; text-align: center;">← Older revision</td> <td colspan="1" style="background-color: #fff; color: #202122; text-align: center;">Revision as of 14:39, 12 July 2022</td> </tr><tr><td colspan="2" class="diff-notice" lang="en-GB"><div class="mw-diff-empty">(No difference)</div> </td></tr></table>

Brett https://en.tchaikovsky-research.net/index.php?title=Letter_1820&diff=49863&oldid=prev 2020-01-21T17:33:23Z

<p></p> <p><b>New page</b></p><div>{{letterhead<br /> |Date=30 July/11 August 1881<br /> |To=[[Nadezhda von Meck]]<br /> |Place=[[Kamenka]]<br /> |Language=Russian<br /> |Autograph=[[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}} (a{{sup|3}}, No. 736)<br /> |Publication={{bib|1935/56|П. И. Чайковский. Переписка с Н. Ф. фон-Мекк ; том 2}} (1935), p. 536–538&lt;br/&gt;{{bib|1966/44|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том X}} (1966), p. 178–179<br /> }}<br /> ==Text==<br /> {{Lettertext<br /> |Language=Russian<br /> |Translator=<br /> |Original text={{right|&#039;&#039;Каменка&#039;&#039;&lt;br/&gt;30 июля}}<br /> {{centre|Дорогой и милый друг!}}<br /> Я получил сегодня оба письма Ваши. Радуюсь безмерно улучшению дел Ваших и благополучной продаже акций Л[андварово] Р[оменской] жел[езной] дороги. Что касается поручения Вашего к Льву Вас[ильевичу], то я передал ему то, что Бы пишете. Он будет отвечать Вам сам. Поверьте, дорогой друг, что если он принуждён будет отклонить от себя Ваше предложение, — то это не потому, чтобы он не желал быть для Вас полезным. Его смущает следующая &#039;&#039;альтернатива&#039;&#039;: необходимо нужно избрать одно из двух: или бросить все здешние дела и отдаться всецело Браилову, или же отказаться от Вашего предложения. Соединить то и другое действительно трудно и невозможно, как Вы и сами мне писали. Но подумайте, дорогой друг, легко ли ему бросить здесь громадно сложные обязанности главноуправляющего Каменки, которая кормит все семейство Давыдовых, т. е. его мать, его сестёр и братьев с многочисленными детьми, бросить хозяйство своих собственных имений, усложнившееся покупкой нового хутора, с 500 десят[инами] земли? Каменское хозяйство уже 21 год находится в руках Л[ьва] В[асильевича], и для имения будет страшным переворотом уход его. Ввиду семейных отношений ему даже, сколько мне кажется, невозможно будет решиться передать управление Каменки в чужие руки.<br /> <br /> Ввиду всего этого я предвижу, дорогая моя, что едва ли возможно будет осуществление мысли Вашей отдать Браилов в распоряжение Л[ьва] В[асильевича]. Мне очень грустно сознавать это, очень тяжело разочаровывать Вас в надежде Вашей успокоиться, отдав Браилов в распоряжение честного и знающего человека, — но что же делать, когда обстоятельства складываются так, что Л[ев] В[асильевич] не может совместить дела Каменки с делами Браилова, для которых Вы нуждаетесь в человеке, исключительно ими занимающемся.<br /> <br /> Впрочем, повторяю, Л[ев] В[асильевич] будет сам отвечать Вам на предложение Ваше.<br /> <br /> Сегодня приехал Анатолий и сообщил мне известие, глубоко огорчившее меня. Положим, что отпуск Алёша получит в сентябре, и моя мечта пожить в Симаках с ним осуществится, — но полковой командир, у которого Анатолий испрашивал отпуск для Алёши, сказал ему, что государь, бывши в Москве, выразился, что срок солдатской службы слишком короток и что он будет продолжен до 6 лет. Итак, ещё целых 5 лет мне придётся ждать освобождения от обязательной службы человека, утрату которого я чувствую все больше и живее! а 5 лет, — ведь это целая вечность!<br /> <br /> Про сестру мы имеем сведения довольно утешительные. Хотя она очень слаба, очень ещё страдает от ослабляющего действия вод, — но по всему видно, что лечение идёт нормальным путём и что в конце концов предвидится выздоровление. Но как-только с радостью остановишься на этой мысли, как сейчас же вспомнишь состояние Тани, по-прежнему отравляющей себя морфином и, следовательно, долженствующей вновь быть источником горя для бедной сестры моей! Теперь мы всячески скрываем от сестры правду, — но это очень трудно, и я боюсь, что материнским чутьём сестра догадывается об истине. В таком случае и Карлсбад не поможет. Да, наконец, положим, она вернётся здоровая. А дальше? Я склонен думать, что новые огорчения, новые заботы о дочери очень скоро разрушат пользу лечения.<br /> <br /> Я продолжаю писать аккомпанименты к концертам Бортнянского и пересмотр его многочисленных сочинений. Работа эта заказана мне Юргенсоном; она так скучна, что иногда раскаиваюсь, что взял её, — но теперь уже не могу взять назад данного слова.<br /> -----<br /> {{right|&#039;&#039;Вечером&#039;&#039;}}<br /> Я очень много говорил с Л[ьвом] В[асильевичем] про дела Ваши, дорогой друг мой! Ему очень трудно решиться отклонить от себя окончательно Ваше предложение. Но необходимость ради Браилова бросить Каменку смущает его. Впрочем, он хочет подробно ознакомиться с присланными Вами сметами и, хорошенько обдумав дело, обстоятельно отвечать Вам.<br /> <br /> Будьте здоровы, дорогая моя! Призываю на Вас божие благословение.<br /> <br /> Бесконечно любящий Вас,<br /> {{right|П. Чайковский}}<br /> <br /> |Translated text=<br /> }}</div>

Brett