Letter 1929 - Revision history

Brett at 18:52, 21 January 2024

2024-01-21T18:52:42Z

← Older revision		Revision as of 19:52, 21 January 2024
Line 8:		Line 8:
	\|Notes=Partial manuscript copy in [[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}}		\|Notes=Partial manuscript copy in [[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}}
	}}		}}
	==Text==		==Text and Translation==
	Based on an incomplete handwritten copy in the {{RUS-KLč}} at [[Klin]] (lacking the conclusion), which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.		Based on an incomplete handwritten copy in the {{RUS-KLč}} at [[Klin]] (lacking the conclusion), which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.
	{{Lettertext		{{Lettertext
	\|Language=Russian		\|Language=Russian
	\|Translator=		\|Translator=Brett Langston
	\|Original text={{right\|''Рим''<br/>22/10 янв[аря] 1882}}		\|Original text={{right\|''Рим''<br/>22/10 янв[аря] 1882}}
	Толя! Сейчас получил твоё письмо об Шеншине. Это самый наглый, хотя и убелённый сединами, мошенник, который когда-либо существовал. Вот история моего долга Шеншину. В ноябре 1876 г. Ник[олай] Львович достал мне у него 1000 р[ублей], причём я получил только 800, ибо нужно было заплатить за комиссию няньке Шеншина известные проценты (иначе он не давал; предоставляю тебе решить, кто эта нянька) и самому Ник[олаю] Львовичу. Вексель был засвидетельствован у нотариуса, живущего под Моск[овским] трактиром. Весной 1877 г[ода], когда Шеншин был за границей, я ездил с Ник[олаем] Львовичем к его сёстрам уплатить проценты за полгода и 300 ~~рpублей~~] из капитала, причём, вместо того чтобы взять с старушек расписку, мы сами её дали, что очень смешило Шеншина, и при свидании в 1878 г[оду]. в апреле в Швейцарии он очень этому смеялся. В ноябре 1877 г[оду], не перед нашей поездкой за границу, а при твоём возвращении через Вену, Киев и Москву в Питер, ты заплатил Шеншину то, что он тогда настоятельно потребовал, т. е. часть капитала и проценты вперёд. Весною 1879 года я через Кондратьева передал его сёстрам под их расписку, которая у меня хранится (он был за границей), 200 р[ублей]. Затем память мне немного изменяет; помню, что что-то было уплачено Юргенсоном или кем-то другим, — но что и как, не помню. В прошлом году. когда он, узнав о моем приезде в Москву, потребовал меня к себе, то утверждал, что я должен ему 700 р[ублей]. Я протестовал и припомнил ему все бывшие уплаты, которые, пользуясь моею наивностью, он не отмечал на векселе. Он отрицал все уплаты. кроме части капитала в 300 р[ублей]. Наконец я предложил ему пойти на мировую, т. е. заплатить {{...}}		Толя! Сейчас получил твоё письмо об Шеншине. Это самый наглый, хотя и убелённый сединами, мошенник, который когда-либо существовал. Вот история моего долга Шеншину. В ноябре 1876 г. Ник[олай] Львович достал мне у него 1000 р[ублей], причём я получил только 800, ибо нужно было заплатить за комиссию няньке Шеншина известные проценты (иначе он не давал; предоставляю тебе решить, кто эта нянька) и самому Ник[олаю] Львовичу. Вексель был засвидетельствован у нотариуса, живущего под Моск[овским] трактиром. Весной 1877 г[ода], когда Шеншин был за границей, я ездил с Ник[олаем] Львовичем к его сёстрам уплатить проценты за полгода и 300 р[ублей] из капитала, причём, вместо того чтобы взять с старушек расписку, мы сами её дали, что очень смешило Шеншина, и при свидании в 1878 г[оду] в апреле в Швейцарии он очень этому смеялся. В ноябре 1877 г[оду], не перед нашей поездкой за границу, а при твоём возвращении через Вену, Киев и Москву в Питер, ты заплатил Шеншину то, что он тогда настоятельно потребовал, т. е. часть капитала и проценты вперёд. Весною 1879 года я через Кондратьева передал его сёстрам под их расписку, которая у меня хранится (он был за границей), 200 р[ублей]. Затем память мне немного изменяет; помню, что что-то было уплачено Юргенсоном или кем-то другим, — но что и как, не помню. В прошлом году, когда он, узнав о моем приезде в Москву, потребовал меня к себе, то утверждал, что я должен ему 700 р[ублей]. Я протестовал и припомнил ему все бывшие уплаты, которые, пользуясь моею наивностью, он не отмечал на векселе. Он отрицал все уплаты, кроме части капитала в 300 р[ублей]. Наконец я предложил ему пойти на мировую, т. е. заплатить {{...}}

	\|Translated text=		\|Translated text={{right\|''[[Rome]]''<br/>22/10 January 1882}}
			[[Tolya]]! I've just received your letter about Shenshin. This is the most shameless, albeit white-haired, swindler to have ever existed. This is the story of my debt to Shenshin. In November 1876, Nikolay Lvovich borrowed 1000 rubles for me from him, but I only received 800, because I had to pay certain percentages for the commission to Shenshin's nanny (he wouldn't give it otherwise; I'll let you decide who this nanny is) and to Nikolay Lvovich himself. The credit note was certified by a notary who lived by a tavern in [[Moscow]]. In the spring of 1877, when Shenshin was abroad, I went with Nikolay Lvovich to his sister's to pay the interest for six months and 300 rubles from the capital, and, instead of taking a receipt from the old woman, we gave her one ourselves, which Shenshin found very funny when we met in April 1878 in Switzerland, and he laughed about it a lot. In November 1877, not before our journey abroad, but on your return through [[Vienna]], [[Kiev]] and [[Moscow]] to [[Piter]], you paid Shenshin what he then urgently demanded, i.e. part of the capital and an advance on the interest. In the spring of 1879, through Kondratyev, I gave 200 rubles to his sisters under their receipt, which I have kept (he was abroad). Then my memory fails me a little; I recall that something was paid by [[Jurgenson]] or someone else, but I don't remember what or how. Last year, when, having learned about my arrival in [[Moscow]], he demanded me to go to him, claiming that I owed him 700 rubles. I protested and reminded him about all the previous payments, which, taking advantage of my naivety, he hadn't put down on the credit note. He denied all the payments, except for 300 rubles as part of the capital. Finally, I suggested that he agrees to come to terms, i.e. to pay {{...}}
	}}		}}

Brett: Text replacement - "in the Klin House-Museum Archive" to "in the {{RUS-KLč}} at Klin"

2023-09-23T15:24:07Z

Text replacement - "in the Klin House-Museum Archive" to "in the {{RUS-KLč}} at Klin"

← Older revision		Revision as of 16:24, 23 September 2023
Line 9:		Line 9:
	}}		}}
	==Text==		==Text==
	Based on an incomplete handwritten copy in the [[Klin]] ~~House-Museum Archive~~ (lacking the conclusion), which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.		Based on an incomplete handwritten copy in the {{RUS-KLč}} at [[Klin]] (lacking the conclusion), which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.
	{{Lettertext		{{Lettertext
	\|Language=Russian		\|Language=Russian

Brett: 1 revision imported

2022-07-12T11:25:14Z

1 revision imported

← Older revision	Revision as of 12:25, 12 July 2022
(No difference)

Brett at 20:53, 3 April 2020

2020-04-03T20:53:07Z

New page

{{letterhead
|Date=10/22 January 1882
|To=[[Anatoly Tchaikovsky]]
|Place=[[Rome]]
|Language=Russian
|Autograph=[[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}}
|Publication={{bib|1966/43|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том XI}} (1966), p. 21
|Notes=Partial manuscript copy in [[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}}
}}
==Text==
Based on an incomplete handwritten copy in the [[Klin]] House-Museum Archive (lacking the conclusion), which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.
{{Lettertext
|Language=Russian
|Translator=
|Original text={{right|''Рим''<br/>22/10 янв[аря] 1882}}
Толя! Сейчас получил твоё письмо об Шеншине. Это самый наглый, хотя и убелённый сединами, мошенник, который когда-либо существовал. Вот история моего долга Шеншину. В ноябре 1876 г. Ник[олай] Львович достал мне у него 1000 р[ублей], причём я получил только 800, ибо нужно было заплатить за комиссию няньке Шеншина известные проценты (иначе он не давал; предоставляю тебе решить, кто эта нянька) и самому Ник[олаю] Львовичу. Вексель был засвидетельствован у нотариуса, живущего под Моск[овским] трактиром. Весной 1877 г[ода], когда Шеншин был за границей, я ездил с Ник[олаем] Львовичем к его сёстрам уплатить проценты за полгода и 300 рpублей] из капитала, причём, вместо того чтобы взять с старушек расписку, мы сами её дали, что очень смешило Шеншина, и при свидании в 1878 г[оду]. в апреле в Швейцарии он очень этому смеялся. В ноябре 1877 г[оду], не перед нашей поездкой за границу, а при твоём возвращении через Вену, Киев и Москву в Питер, ты заплатил Шеншину то, что он тогда настоятельно потребовал, т. е. часть капитала и проценты вперёд. Весною 1879 года я через Кондратьева передал его сёстрам под их расписку, которая у меня хранится (он был за границей), 200 р[ублей]. Затем память мне немного изменяет; помню, что что-то было уплачено Юргенсоном или кем-то другим, — но что и как, не помню. В прошлом году. когда он, узнав о моем приезде в Москву, потребовал меня к себе, то утверждал, что я должен ему 700 р[ублей]. Я протестовал и припомнил ему все бывшие уплаты, которые, пользуясь моею наивностью, он не отмечал на векселе. Он отрицал все уплаты. кроме части капитала в 300 р[ублей]. Наконец я предложил ему пойти на мировую, т. е. заплатить {{...}}

|Translated text=
}}