Letter 2007 - Revision history

Tony: Inserted commas

2024-12-11T14:47:46Z

Inserted commas

← Older revision		Revision as of 16:47, 11 December 2024
Line 17:		Line 17:

	\|Translated text={{right\|''[[Moscow]]''<br/>10 April}}		\|Translated text={{right\|''[[Moscow]]''<br/>10 April}}
	[[Anatosha]]! I received your letter yesterday. Will my reply catch you in [[Florence]]? I doubt it will catch either [[Modest]] or you, and so I'll be brief, but from here I cannot do anything other than write briefly and irregularly. I'm still living in [[Moscow]]; while striving with all my soul to leave, I don't want to go until the whole business is finished. I'm living irregularly; I gad about, visiting guests, becoming angry, bemoaning my fate, but I'm still living all the same. Yesterday I had dinner with the Konshins. Vladimir Dmitryevich received your letter in front of me, and I was truly touched to witness his joy. Generally, the more I see of him, the more convinced I am that he is a wonderful, warm-hearted person. He is surprisingly affectionate and sweet with me — clearly, he sees you reflected in me, and this pleases him. In his behaviour towards Volodya, he has become somehow obligingly gentle and affectionate; it's remarkable that this has brought out of him something of the paternal life that [[Parasha]] roused in him. Nothing noteworthy has happened in my life. Every day I intend to do a lot, and something always obstructs me. The invitations still pour in. Yesterday I couldn't even sit down to work for half an hour, I had to put everything off. Don't worry about the money. This will be difficult, but I'll find the money at any cost and send it to [[Modya]] by telegraph before you receive this letter. Everyone is still talking about your wedding, and all agree that it's the most marvellous thing to have happened in ages. The day after you left I had dinner at the Hermitage with Zhedrinvsky, Belugin, etc. And our lot left the next day. The day after that, I had guests (from the Conservatory) in the evening, and had to give them supper. I'll probably be leaving in four days. I'm tired of this irregular life. I kiss you and dear [[Paranya]], whom I thank for the note, hard. If [[Modya]] hasn't left, give him a kiss.		[[Anatosha]]! I received your letter yesterday. Will my reply catch you in [[Florence]]? I doubt it will catch either [[Modest]] or you, and so I'll be brief, but from here I cannot do anything other than write briefly and irregularly. I'm still living in [[Moscow]]; while striving with all my soul to leave, I don't want to go until the whole business is finished. I'm living irregularly; I gad about, visiting guests, becoming angry, bemoaning my fate, but I'm still living all the same. Yesterday I had dinner with the Konshins. Vladimir Dmitryevich received your letter in front of me, and I was truly touched to witness his joy. Generally, the more I see of him, the more convinced I am that he is a wonderful, warm-hearted person. He is surprisingly affectionate and sweet with me — clearly, he sees you reflected in me, and this pleases him. In his behaviour towards Volodya, he has become somehow obligingly gentle and affectionate; it's remarkable that this has brought out of him something of the paternal life that [[Parasha]] roused in him. Nothing noteworthy has happened in my life. Every day I intend to do a lot, and something always obstructs me. The invitations still pour in. Yesterday I couldn't even sit down to work for half an hour, I had to put everything off. Don't worry about the money. This will be difficult, but I'll find the money at any cost and send it to [[Modya]] by telegraph before you receive this letter. Everyone is still talking about your wedding, and all agree that it's the most marvellous thing to have happened in ages. The day after you left, I had dinner at the Hermitage with Zhedrinvsky, Belugin, etc. And our lot left the next day. The day after that, I had guests (from the Conservatory) in the evening, and had to give them supper. I'll probably be leaving in four days. I'm tired of this irregular life. I kiss you and dear [[Paranya]], whom I thank for the note, hard. If [[Modya]] hasn't left, give him a kiss.
	}}		}}

Brett at 09:55, 23 April 2024

2024-04-23T09:55:02Z

← Older revision		Revision as of 11:55, 23 April 2024
Line 8:		Line 8:
	\|Notes=Manuscript copy in [[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}}		\|Notes=Manuscript copy in [[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}}
	}}		}}
	==Text==		==Text and Translation==
	Based on a handwritten copy in the {{RUS-KLč}} at [[Klin]], which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.		Based on a handwritten copy in the {{RUS-KLč}} at [[Klin]], which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.
	{{Lettertext		{{Lettertext
	\|Language=Russian		\|Language=Russian
	\|Translator=		\|Translator=Brett Langston
	\|Original text={{right\|''Москва''<br/>10 апреля}}		\|Original text={{right\|''Москва''<br/>10 апреля}}
	Анатоша! Вчера получил твоё письмо. Застанет ли тебя в Флоренции ответ мой? Мне кажется, что ни Модеста, ни тебя он не застанет, и буду потому краток, да впрочем отсюда иначе, как кратко и безалаберно, я не могу писать. Всё ещё живу в Москве; хотя стремлюсь всей душой уехать, — но пока не кончу всего дела, ехать не хочу. Живу безалаберно: шляюсь по гостям, сержусь, жалуюсь на судьбу и всё-таки живу. Вчера обедал у Коншиных. Владимир Дмитриевич при мне получил письмо ваше, и, право, я был умилен, видя его радость. Вообще, чем более я его вижу, тем более убеждаюсь, что это чудесный, тёплый сердцем человек. Со мной он удивительно ласков и мил, — видно, что во мне он видит твоё отражение, и это ему приятно. В отношении Володи он стал как-то предупредительно нежен и ласков, заметно, что он на него перенёс часть той отеческой жизни, которую возбуждала в нем Параша. Ничего выдающегося в моей жизни не было. Каждый день собираюсь сделать много, и всегда что-нибудь помешает. Приглашения таки сыплются. Вчера я даже ни [на] полчаса не мог присесть за работу, всё приходилось откладывать. Насчет денег не беспокойся. Трудно это будет, но я достану денег во что бы то ни стало и пришлю Моде по телеграфу ранее, чем ты получишь это письмо. Про свадьбу Вашу до сих пор ещё толкуют и всё согласны в том, что давно ничего более замечательного не было. На другой день после Вашего отъезда я обедал в Эрмитаже с Жедринским, Белугиным и т. д. А на следующий день наши уехали. На днях у меня были вечером гости (консерваторские), и пришлось задать им ужин. Уеду, вероятно, дня через четыре. Устал я от этой безалаберной жизни. Целую крепко тебя и милую Параню, которую благодарю за приписочку. Если Модя не уехал, поцелуй его.		Анатоша! Вчера получил твоё письмо. Застанет ли тебя в Флоренции ответ мой? Мне кажется, что ни Модеста, ни тебя он не застанет, и буду потому краток, да впрочем отсюда иначе, как кратко и безалаберно, я не могу писать. Всё ещё живу в Москве; хотя стремлюсь всей душой уехать, — но пока не кончу всего дела, ехать не хочу. Живу безалаберно: шляюсь по гостям, сержусь, жалуюсь на судьбу и всё-таки живу. Вчера обедал у Коншиных. Владимир Дмитриевич при мне получил письмо ваше, и, право, я был умилен, видя его радость. Вообще, чем более я его вижу, тем более убеждаюсь, что это чудесный, тёплый сердцем человек. Со мной он удивительно ласков и мил, — видно, что во мне он видит твоё отражение, и это ему приятно. В отношении Володи он стал как-то предупредительно нежен и ласков, заметно, что он на него перенёс часть той отеческой жизни, которую возбуждала в нем Параша. Ничего выдающегося в моей жизни не было. Каждый день собираюсь сделать много, и всегда что-нибудь помешает. Приглашения таки сыплются. Вчера я даже ни [на] полчаса не мог присесть за работу, всё приходилось откладывать. Насчет денег не беспокойся. Трудно это будет, но я достану денег во что бы то ни стало и пришлю Моде по телеграфу ранее, чем ты получишь это письмо. Про свадьбу Вашу до сих пор ещё толкуют и всё согласны в том, что давно ничего более замечательного не было. На другой день после Вашего отъезда я обедал в Эрмитаже с Жедринским, Белугиным и т. д. А на следующий день наши уехали. На днях у меня были вечером гости (консерваторские), и пришлось задать им ужин. Уеду, вероятно, дня через четыре. Устал я от этой безалаберной жизни. Целую крепко тебя и милую Параню, которую благодарю за приписочку. Если Модя не уехал, поцелуй его.

	\|Translated text=		\|Translated text={{right\|''[[Moscow]]''<br/>10 April}}
			[[Anatosha]]! I received your letter yesterday. Will my reply catch you in [[Florence]]? I doubt it will catch either [[Modest]] or you, and so I'll be brief, but from here I cannot do anything other than write briefly and irregularly. I'm still living in [[Moscow]]; while striving with all my soul to leave, I don't want to go until the whole business is finished. I'm living irregularly; I gad about, visiting guests, becoming angry, bemoaning my fate, but I'm still living all the same. Yesterday I had dinner with the Konshins. Vladimir Dmitryevich received your letter in front of me, and I was truly touched to witness his joy. Generally, the more I see of him, the more convinced I am that he is a wonderful, warm-hearted person. He is surprisingly affectionate and sweet with me — clearly, he sees you reflected in me, and this pleases him. In his behaviour towards Volodya, he has become somehow obligingly gentle and affectionate; it's remarkable that this has brought out of him something of the paternal life that [[Parasha]] roused in him. Nothing noteworthy has happened in my life. Every day I intend to do a lot, and something always obstructs me. The invitations still pour in. Yesterday I couldn't even sit down to work for half an hour, I had to put everything off. Don't worry about the money. This will be difficult, but I'll find the money at any cost and send it to [[Modya]] by telegraph before you receive this letter. Everyone is still talking about your wedding, and all agree that it's the most marvellous thing to have happened in ages. The day after you left I had dinner at the Hermitage with Zhedrinvsky, Belugin, etc. And our lot left the next day. The day after that, I had guests (from the Conservatory) in the evening, and had to give them supper. I'll probably be leaving in four days. I'm tired of this irregular life. I kiss you and dear [[Paranya]], whom I thank for the note, hard. If [[Modya]] hasn't left, give him a kiss.
	}}		}}

Brett: Text replacement - "in the Klin House-Museum Archive" to "in the {{RUS-KLč}} at Klin"

2023-09-23T15:24:31Z

Text replacement - "in the Klin House-Museum Archive" to "in the {{RUS-KLč}} at Klin"

← Older revision		Revision as of 17:24, 23 September 2023
Line 9:		Line 9:
	}}		}}
	==Text==		==Text==
	Based on a handwritten copy in the [[Klin]] ~~House-Museum Archive~~, which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.		Based on a handwritten copy in the {{RUS-KLč}} at [[Klin]], which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.
	{{Lettertext		{{Lettertext
	\|Language=Russian		\|Language=Russian

Brett: 1 revision imported

2022-07-12T12:39:37Z

1 revision imported

← Older revision	Revision as of 14:39, 12 July 2022
(No difference)

Brett at 10:17, 4 April 2020

2020-04-04T10:17:39Z

New page

{{letterhead
|Date=10/22 April 1882
|To=[[Anatoly Tchaikovsky]]
|Place=[[Moscow]]
|Language=Russian
|Autograph={{locunknown}}
|Publication={{bib|1966/43|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том XI}} (1966), p. 103
|Notes=Manuscript copy in [[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}}
}}
==Text==
Based on a handwritten copy in the [[Klin]] House-Museum Archive, which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.
{{Lettertext
|Language=Russian
|Translator=
|Original text={{right|''Москва''<br/>10 апреля}}
Анатоша! Вчера получил твоё письмо. Застанет ли тебя в Флоренции ответ мой? Мне кажется, что ни Модеста, ни тебя он не застанет, и буду потому краток, да впрочем отсюда иначе, как кратко и безалаберно, я не могу писать. Всё ещё живу в Москве; хотя стремлюсь всей душой уехать, — но пока не кончу всего дела, ехать не хочу. Живу безалаберно: шляюсь по гостям, сержусь, жалуюсь на судьбу и всё-таки живу. Вчера обедал у Коншиных. Владимир Дмитриевич при мне получил письмо ваше, и, право, я был умилен, видя его радость. Вообще, чем более я его вижу, тем более убеждаюсь, что это чудесный, тёплый сердцем человек. Со мной он удивительно ласков и мил, — видно, что во мне он видит твоё отражение, и это ему приятно. В отношении Володи он стал как-то предупредительно нежен и ласков, заметно, что он на него перенёс часть той отеческой жизни, которую возбуждала в нем Параша. Ничего выдающегося в моей жизни не было. Каждый день собираюсь сделать много, и всегда что-нибудь помешает. Приглашения таки сыплются. Вчера я даже ни [на] полчаса не мог присесть за работу, всё приходилось откладывать. Насчет денег не беспокойся. Трудно это будет, но я достану денег во что бы то ни стало и пришлю Моде по телеграфу ранее, чем ты получишь это письмо. Про свадьбу Вашу до сих пор ещё толкуют и всё согласны в том, что давно ничего более замечательного не было. На другой день после Вашего отъезда я обедал в Эрмитаже с Жедринским, Белугиным и т. д. А на следующий день наши уехали. На днях у меня были вечером гости (консерваторские), и пришлось задать им ужин. Уеду, вероятно, дня через четыре. Устал я от этой безалаберной жизни. Целую крепко тебя и милую Параню, которую благодарю за приписочку. Если Модя не уехал, поцелуй его.

|Translated text=
}}