Brett: 1 revision imported

2022-07-12T12:39:42Z

1 revision imported

← Older revision	Revision as of 14:39, 12 July 2022
(No difference)

Brett at 12:03, 26 January 2020

2020-01-26T12:03:21Z

New page

{{letterhead
|Date=30 October/11 November–3/15 November 1882
|To=[[Nadezhda von Meck]]
|Place=[[Kamenka]]
|Language=Russian
|Autograph=[[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}} (a{{sup|3}}, No. 814)
|Publication={{bib|1936/25|П. И. Чайковский. Переписка с Н. Ф. фон-Мекк ; том 3}} (1936), p. 115–117<br/>{{bib|1966/43|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том XI}} (1966), p. 268–270
}}
==Text==
{{Lettertext
|Language=Russian
|Translator=
|Original text={{right|''Каменка''<br/>''30 октября''}}
Дорогой, милый друг! Из телеграммы Коли я знаю, что Вы в Вене. Радуюсь, что Вы, наконец, дома, и забочусь только о том, чтобы погода благоприятствовала Вам. Очень боюсь, что венская зима Вам не понравится. У нас всё время стоит чудесная, тёплая погода, так что я свои прогулки совершаю в одном сюртуке. Мне всё ещё не хочется уезжать из Каменки, и я думаю, что, по крайней мере, ещё недели две останусь здесь. Ах, если бы можно было мне прямо отсюда отправиться в Италию, — как бы это хорошо было. Увы, по разным причинам мне нельзя миновать Москвы и Петербурга; хотя там и живут столь близкие мне люди, как братья Анатолий и Модест, — но, во первых, я, как водится, очень мало буду жить в их обществе, а во 2-х, оба они, судя по письмам, очень невеселы. У Модеста есть серьёзные причины быть в тревоге и недовольстве. Отношения его к матери его воспитанника обострились до того, что произошёл окончательный разрыв, и даже в скором времени, кажется, процесс начнётся. Положение Модеста очень щекотливо. С одной стороны, в интересах своего воспитанника, он должен всячески препятствовать его матери вмешиваться в дела его, ибо не подлежит сомнению, что эта женщина очень дурная, детей не любящая и преследующая личные цели. С другой стороны, невозможно восстановлять сына против матери, тем более, что сын этот, под влиянием самого же Модеста, питает к матери подобающую любовь и уважение. Но, во всяком случае, бедному Модесту, прикованному к Петербургу необходимостью [иметь] учителей для своего Коли, который теперь с величайшим успехом начал учиться серьёзно у лучших петербургских учителей, — очень тяжело особенно оттого, что жизнь в Италии приучила его к свободе, которой он совершенно теперь лишён и не имеет вовсе времени для своих литературных работ. Что касается Анатолия, то этот странный человек, в сущности, должен бы был считать себя совершенно счастливым, — но он имеет талант выдумать себе причины для гореванья, когда никакого горя нет. Теперь он считает себя несчастным, потому что жена его беременна и ощущает свойственные этому положению некоторые болезненные проявления. Всю жизнь он только и мечтал о том, как бы сделаться отцом, и теперь, когда это счастье близко к осуществлению, — он приходит в отчаяние и пишет мне письма, нередко очень огорчающие и беспокоящие меня.

Модест очень часто видится с Колей, которого он душевно полюбил. Да нельзя и не любить этого чудесного юношу. Какие чудные письма он пишет Наталье Андреевне Плеской! Сколько в них теплоты, сердечности, прямоты, искренности! Какая правдивость, какая простота и безыскусственность!

Моё трио игралось в Москве, и Танеев (мнением которого я очень дорожу), исполнявший его в 1-ом квартетном вечере, пишет мне о достоинствах его восторженный отзыв. Меня это ужасно обрадовало. Он говорит, что вообще все музыканты московские очень хвалят это трио.
------
{{right|''2 ноября''}}

Письмо Ваше, дорогая моя, произвело на меня невесёлое впечатление. Меня очень, очень беспокоит больная рука Ваша, и к тому же, признаться, немножко мне досадно, что Вы не посоветовались с амстердамским массёром, что Вы избрали местом жительства Вену, где Вам недостаточно тепло, — одним словом, что Вы слишком мало печётесь о своём здоровье. Я приписываю ухудшение состояния руки Вашей холоду. Надеюсь, что когда пройдёт зима, Вам будет лучше, — но когда ещё настанет весна и лето, а до тех пор больно думать, что Вы будете страдать. Не посоветуетесь ли Вы в Вене с какой-нибудь медицинскою знаменитостью? Прошу Вас, убедительно прошу писать мне как можно меньше, по 10 строчек в месяц, — я и тем буду доволен совершенно.

Я передал сестре Ваше желание насчёт переписки Коли с Анной. Надеюсь, что оно будет исполнено. Здесь уже мечтают о предстоящем сюда приезде Коли в декабре.
-----
{{right|''3 ноября''}}
Сегодня у нас настоящий мороз. В доме все погружены в беспокойство и грусть, ибо сестра нездорова. У неё возобновились боли в боку, и от страха, что придётся опять выносить такие страдания, какие недавно она испытала в Одессе; у, неё какая-то нервная лихорадка и жар. Вчера она ещё была совершенно здорова, между прочим, написала к Коле письмо, в котором и Анна должна была приписать несколько строчек, — а сегодня уж с утра нездорова. Как это убийственно грустно!

Моя работа понемногу, подвигается вперёд. Через несколько дней надеюсь окончить партитуру 1-го действия оперы, что составит третью часть всего дела. Я думаю, дорогая моя, что если Бог продлит мою жизнь, — то опер больше писать я не буду ни в каком случае. Я не скажу, подобно Вам и многим другим, что опера есть низший род музыкального искусства, и нахожу, что, напротив, соединяя в себе столь много различных элементов, служащих одной цели, — опера едва ли всё-таки не самая богатая музыкальная форма. Но чувствую, что я лично всё-таки более склонен к симфоническому роду. По крайней мере, несомненно то, что я чувствую себя свободнее, самостоятельнее, когда не подчиняюсь требованиям и условиям сценичности.

Направник пишет мне, что в Праге возобновляют «Орлеанскую деву», которую уже давали в прошлом сезоне, и советует мне съездить послушать её. Мне очень бы этого хотелось, — но так как за границу я поеду не отсюда, а из Петербурга, — то едва ли будет удобно заезжать в Прагу.

Друг мой! Кончаю ж письмо, прося Вас убедительнейше беречь Вашу руку и не писать мне вовсе до тех пор, пока не почувствуете облегчения. Молю Бога, чтобы Вы были здоровы и покойны.

Безгранично преданный и любящий,
{{right|П. Чайковский}}

|Translated text=
}}

Letter 2149 - Revision history

Brett: 1 revision imported

Brett at 12:03, 26 January 2020