Letter 4042 - Revision history

Brett at 15:12, 3 March 2024

2024-03-03T15:12:13Z

← Older revision		Revision as of 17:12, 3 March 2024
Line 8:		Line 8:
	\|Notes=Manuscript copy in [[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}} (signature omitted)		\|Notes=Manuscript copy in [[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}} (signature omitted)
	}}		}}
	==Text==		==Text and Translation==
	Based on a handwritten copy in the [[Klin]] House-Museum Archive, which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.		Based on a handwritten copy in the [[Klin]] House-Museum Archive, which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.
	{{Lettertext		{{Lettertext
	\|Language=Russian		\|Language=Russian
	\|Translator=		\|Translator=Brett Langston
	\|Original text={{right\|Флоренция<br/>3 марта/19 февр[аля] 1890 г[ода]<br/>''Hôtel Washington''}}		\|Original text={{right\|Флоренция<br/>3 марта/19 февр[аля] 1890 г[ода]<br/>''Hôtel Washington''}}
	Голубушка Аня! Сейчас получил твоё большое письмо и прочёл его с величайшим наслаждением; ибо ты пишешь очень живо и совершенно так, как будто говоришь; так и слышится твой голос и твои акценты, {{und2\|и}} вместо {{und2\|б}}, {{und2\|с}} вместо {{und2\|з}}, {{und2\|ш}} вместо {{und2\|ж}} и даже видятся движения пауков на бумаге. История обеда без гостей весьма поучительна; другой раз зови таких гостей, которые не обманывают. А рыба всё-таки вкусная была, должно быть. Здесь кухня мне сначала нравилась, и она ~~поздешнему~~ недурна и весьма обильна, но все это ужасно пресно, безвкусно, однообразно и теперь надоело мне буквально до тошноты. Дорого бы я дал за хороший домашний русский обед.		Голубушка Аня! Сейчас получил твоё большое письмо и прочёл его с величайшим наслаждением; ибо ты пишешь очень живо и совершенно так, как будто говоришь; так и слышится твой голос и твои акценты, {{und2\|п}} вместо {{und2\|б}}, {{und2\|с}} вместо {{und2\|з}}, {{und2\|ш}} вместо {{und2\|ж}} и даже видятся движения пауков на бумаге. История обеда без гостей весьма поучительна; другой раз зови таких гостей, которые не обманывают. А рыба всё-таки вкусная была, должно быть. Здесь кухня мне сначала нравилась, и она по-здешнему недурна и весьма обильна, но все это ужасно пресно, безвкусно, однообразно и теперь надоело мне буквально до тошноты. Дорого бы я дал за хороший домашний русский обед.

	Сообщить тебе нового решительно ничего не имею, за исключением разве известия, что здесь теперь наступил и уже несколько дней держится невероятный холод. В комнате особенно приходится страдать, и только спать я люблю при такой низкой температуре. В газетах пишут, что во всю зиму такого холода не бывало. Назар поправляется очень туго; вот уже 2 недели, что он безвыходно сидит дома и без палки или даже 2-х палок ходить не может. Я продолжаю вести ту же ~~прав ильную~~ жизнь и, как заведённая машина, в известные часы черню и пачкаю карандашом девственную нотную бумагу. Иногда работается легко, иногда не без напряжения, особенно после писем из России, в коих не всегда, особенно из Москвы, сообщаются приятные известия. Кое-что из московских музыкальных дел меня очень тревожит и беспокоит.		Сообщить тебе нового решительно ничего не имею, за исключением разве известия, что здесь теперь наступил и уже несколько дней держится невероятный холод. В комнате особенно приходится страдать, и только спать я люблю при такой низкой температуре. В газетах пишут, что во всю зиму такого холода не бывало. Назар поправляется очень туго; вот уже 2 недели, что он безвыходно сидит дома и без палки или даже 2-х палок ходить не может. Я продолжаю вести ту же правильную жизнь и, как заведённая машина, в известные часы черню и пачкаю карандашом девственную нотную бумагу. Иногда работается легко, иногда не без напряжения, особенно после писем из России, в коих не всегда, особенно из Москвы, сообщаются приятные известия. Кое-что из московских музыкальных дел меня очень тревожит и беспокоит.

	Я очень одобряю твоё намерение устроить нечто вроде летнего пансиона для мальчиков. Но только откуда вы их наберёте? Если же это не удаётся, и ты приедешь ко мне гостить, то буду очень, очень рад! Я буду жить опять в том же Фроловском. К несчастью, дом там такой, что Любе с детьми будет очень неудобно, а то я бы и её с радостью бы пригласил. Как жаль, что ты не получила моего первого письма, адресованного, впрочем, не тебе, а ''Бяшке, которая'' поселилась вместо Ани на Пантелеймоновской.		Я очень одобряю твоё намерение устроить нечто вроде летнего пансиона для мальчиков. Но только откуда вы их наберёте? Если же это не удаётся, и ты приедешь ко мне гостить, то буду очень, очень рад! Я буду жить опять в том же Фроловском. К несчастью, дом там такой, что Любе с детьми будет очень неудобно, а то я бы и её с радостью бы пригласил. Как жаль, что ты не получила моего первого письма, адресованного, впрочем, не тебе, а ''Бяшке'', которая поселилась вместо Ани на Пантелеймоновской.

	Засим крепко обнимаю. Всем твоим поклоны. Надеюсь, что ты уже совсем здорова.		Засим крепко обнимаю. Всем твоим поклоны. Надеюсь, что ты уже совсем здорова.
Line 24:		Line 24:
	Аня, Аня, если кончу, славная будет опера.		Аня, Аня, если кончу, славная будет опера.

	\|Translated text=		\|Translated text={{right\|[[Florence]]<br/>3 March/19 February 1890<br/>''Hôtel Washington''}}
			Golubushka [[Anya]]! I've just received your long letter, and I read it with the greatest of pleasure, because you write most vividly and just as though you were talking; this is how I hear your voice and your accent: {{und2\|p}} instead of {{und2\|b}}, {{und2\|s}} instead of {{und2\|z}}, {{und2\|sh}} instead of {{und2\|zh}}, and I can even see the movements of your spiders on the paper. The story of a dinner without guests is most instructive; next time invite guests who won't disappoint you. But all the same, the fish must have been delicious. I liked the cuisine here at first — it's decently provincial and quite plentiful, but it's all awfully insipid, tasteless, monotonous, and now I am literally sick of it. I would pay dearly for a good home-cooked Russian dinner.

			I have decidedly nothing new to tell you, except perhaps the news that an incredible cold has now set in here, which has endured for several days. It's particularly perishing in the living room, and I only like such a low temperature for sleeping. The newspapers say that such cold has never happened all winter. [[Nazar]] is recovering very slowly; he's been sitting despondently at home for 2 weeks now, and he can't walk without a stick, or even 2 sticks. I'm continuing to lead the same orderly life, and like clockwork, at specific hours I blacken and spoil clean sheets of music paper with my pencil. Sometimes the work is easy, sometimes not without effort, especially after letters from Russia, which do not always contain welcome news, especially those from [[Moscow]]. I find some of the musical affairs in [[Moscow]] very disturbing and worrying.

			I very much approve of your intention to establish some sort of summer boarding school for boys. But just where will you find them? If this doesn't work out, and you come to visit me, then I shall be very, very glad! I'll be living at the same [[Frolovskoye]] again. Unfortunately, the house there is such that it will be most inconvenient for Lyuba and the children, otherwise I would gladly invite her too. What a pity that you didn't receive my first letter, addressed, however, not to you, but to the ''Byashka'', who settled on Panteleimonovskaya instead of [[Anya]].

			Whereupon, I hug you tightly. My regards to everyone. I hope that you're now completely well.

			[[Anya]], [[Anya]], if I finish it, it will be a glorious opera.
	}}		}}

Brett: 1 revision imported

2022-07-14T20:31:45Z

1 revision imported

← Older revision	Revision as of 22:31, 14 July 2022
(No difference)

Brett at 13:06, 11 February 2020

2020-02-11T13:06:02Z

New page

{{letterhead
|Date=19 February/3 March 1890
|To=[[Anna Merkling]]
|Place=[[Florence]]
|Language=Russian
|Autograph={{locunknown}}
|Publication={{bib|1902/25|Жизнь Петра Ильича Чайковского ; том 3}} (1902), p. 351–352 (dated "18 February" {{OS}}) (abridged)<br/>{{bib|1951/49|П. И. Чайковский. С. И. Танеев. Письма}} (1951), p. 238 ("18 February/2 March")<br/>{{bib|1977/40|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том XV-Б}} (1977), p. 59–60
|Notes=Manuscript copy in [[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}} (signature omitted)
}}
==Text==
Based on a handwritten copy in the [[Klin]] House-Museum Archive, which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.
{{Lettertext
|Language=Russian
|Translator=
|Original text={{right|Флоренция<br/>3 марта/19 февр[аля] 1890 г[ода]<br/>''Hôtel Washington''}}
Голубушка Аня! Сейчас получил твоё большое письмо и прочёл его с величайшим наслаждением; ибо ты пишешь очень живо и совершенно так, как будто говоришь; так и слышится твой голос и твои акценты, {{und2|и}} вместо {{und2|б}}, {{und2|с}} вместо {{und2|з}}, {{und2|ш}} вместо {{und2|ж}} и даже видятся движения пауков на бумаге. История обеда без гостей весьма поучительна; другой раз зови таких гостей, которые не обманывают. А рыба всё-таки вкусная была, должно быть. Здесь кухня мне сначала нравилась, и она поздешнему недурна и весьма обильна, но все это ужасно пресно, безвкусно, однообразно и теперь надоело мне буквально до тошноты. Дорого бы я дал за хороший домашний русский обед.

Сообщить тебе нового решительно ничего не имею, за исключением разве известия, что здесь теперь наступил и уже несколько дней держится невероятный холод. В комнате особенно приходится страдать, и только спать я люблю при такой низкой температуре. В газетах пишут, что во всю зиму такого холода не бывало. Назар поправляется очень туго; вот уже 2 недели, что он безвыходно сидит дома и без палки или даже 2-х палок ходить не может. Я продолжаю вести ту же прав ильную жизнь и, как заведённая машина, в известные часы черню и пачкаю карандашом девственную нотную бумагу. Иногда работается легко, иногда не без напряжения, особенно после писем из России, в коих не всегда, особенно из Москвы, сообщаются приятные известия. Кое-что из московских музыкальных дел меня очень тревожит и беспокоит.

Я очень одобряю твоё намерение устроить нечто вроде летнего пансиона для мальчиков. Но только откуда вы их наберёте? Если же это не удаётся, и ты приедешь ко мне гостить, то буду очень, очень рад! Я буду жить опять в том же Фроловском. К несчастью, дом там такой, что Любе с детьми будет очень неудобно, а то я бы и её с радостью бы пригласил. Как жаль, что ты не получила моего первого письма, адресованного, впрочем, не тебе, а ''Бяшке, которая'' поселилась вместо Ани на Пантелеймоновской.

Засим крепко обнимаю. Всем твоим поклоны. Надеюсь, что ты уже совсем здорова.

Аня, Аня, если кончу, славная будет опера.

|Translated text=
}}