Brett at 13:48, 20 April 2024

2024-04-20T13:48:38Z

← Older revision		Revision as of 15:48, 20 April 2024
Line 7:		Line 7:
	\|Publication={{bib\|1902/25\|Жизнь Петра Ильича Чайковского ; том 3}} (1902), p. 365 (abridged)<br/>{{bib\|1955/37\|П. И. Чайковский. Письма к близким}} (1955), p. 457<br/>{{bib\|1977/40\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том XV-Б}} (1977), p. 132<br/>{{bib\|1981/81\|Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography}} (1981), p. 457–458 (English translation)		\|Publication={{bib\|1902/25\|Жизнь Петра Ильича Чайковского ; том 3}} (1902), p. 365 (abridged)<br/>{{bib\|1955/37\|П. И. Чайковский. Письма к близким}} (1955), p. 457<br/>{{bib\|1977/40\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том XV-Б}} (1977), p. 132<br/>{{bib\|1981/81\|Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography}} (1981), p. 457–458 (English translation)
	}}		}}
	==Text==		==Text and Translation==
	{{Lettertext		{{Lettertext
	\|Language=Russian		\|Language=Russian
	\|Translator=		\|Translator=Brett Langston
	\|Original text={{right\|''19/7 апр[еля]'' [18]90<br/>''Рим''}}		\|Original text={{right\|''19/7 апр[еля]'' [18]90<br/>''Рим''}}
	Два дня сряду я был страшно не в духе, просто в отчаянии, до того, что потерял аппетит, охоту работать и т. д. Палены разблаговестили в Риме, что я здесь, и вот прежде всего является ''Алексей Голицын''. Ну, это ничего; я ведь очень люблю его и даже, по миновании первого ужаса от вида нового лица, был рад его видеть. Но тотчас же после его явился ''Сгамбати''; я успел велеть никого не принимать, и его не приняли, но он оставил письмецо и билет на квартетное утро, в коем на другой день должен был исполняться мой 1-ый квартет. Это меня привело в полное отчаянье, доказывающее, до чего я одичал за это время. На другой день пришлось идти на квартетное утро, выслушать посредственное, чтоб не сказать плохое, исполнение квартета, идти с Сгамбати в комнату артистов в виду всей публики, любопытно на меня взиравшей, говорить любезности и т. д. Впрочем, Сгамбати, зная что я работаю и что я нелюдим, очень мил, прямо говорит, что не хочет меня беспокоить, не зовёт к себе и только просит в следующую пятницу опять быть, чтобы слышать ''его'' квартет (тот самый, что, помнишь, при Листе играли). Как бы то ни было, но все удовольствие пребывания в Риме отравлено. Сегодня пришлось идти провожать ''Паленов'', которые оказывали мне совершенно непонятное, но трогающее меня внимание. Там я встретился с Извольским, с княгиней Шербатовой, с каким-то ещё князем, который звал меня на кулебяку... Отвратительно!		Два дня сряду я был страшно не в духе, просто в отчаянии, до того, что потерял аппетит, охоту работать и т. д. Палены разблаговестили в Риме, что я здесь, и вот прежде всего является ''Алексей Голицын''. Ну, это ничего; я ведь очень люблю его и даже, по миновании первого ужаса от вида нового лица, был рад его видеть. Но тотчас же после его явился ''Сгамбати''; я успел велеть никого не принимать, и его не приняли, но он оставил письмецо и билет на квартетное утро, в коем на другой день должен был исполняться мой 1-ый квартет. Это меня привело в полное отчаянье, доказывающее, до чего я одичал за это время. На другой день пришлось идти на квартетное утро, выслушать посредственное, чтоб не сказать плохое, исполнение квартета, идти с Сгамбати в комнату артистов в виду всей публики, любопытно на меня взиравшей, говорить любезности и т. д. Впрочем, Сгамбати, зная что я работаю и что я нелюдим, очень мил, прямо говорит, что не хочет меня беспокоить, не зовёт к себе и только просит в следующую пятницу опять быть, чтобы слышать ''его'' квартет (тот самый, что, помнишь, при Листе играли). Как бы то ни было, но все удовольствие пребывания в Риме отравлено. Сегодня пришлось идти провожать ''Паленов'', которые оказывали мне совершенно непонятное, но трогающее меня внимание. Там я встретился с Извольским, с княгиней Шербатовой, с каким-то ещё князем, который звал меня на кулебяку... Отвратительно!
Line 18:		Line 18:
	Квартет имел большой успех; в газетах страшно расхвали ли. Впрочем, в газетах здесь все хвалят.		Квартет имел большой успех; в газетах страшно расхвали ли. Впрочем, в газетах здесь все хвалят.

	Ах, скорей бы домой. Представь, что у меня уже теперь о. волнения под ложечкой болит, когда помышляю о путешествии. Ведь самое горячее время; разъезд страшный!		Ах, скорей бы домой. Представь, что у меня уже теперь о волнения под ложечкой болит, когда помышляю о путешествии. Ведь самое горячее время; разъезд страшный!

	Целую. Обнимаю.		Целую. Обнимаю.
Line 24:		Line 24:
	Мне очень нравится, что Коля Корс[аков] женится на ''Тасе''.		Мне очень нравится, что Коля Корс[аков] женится на ''Тасе''.

	\|Translated text=		\|Translated text={{right\|''19/7 April'' 1890<br/>''[[Rome]]''}}
			For two days in a row I was terribly out of sorts, simply in despair, to the point that I lost my appetite, desire to work, etc. The Pahlens spread the news that I was here in [[Rome]], and first of all, ''Aleksey Golitsyn'' appeared. Well, that's fine; I love him very much and even after the horror of seeing a new face had passed, I was glad to see him. But straight after him, ''[[Sgambati]]'' turned up; I'd managed to leave instructions that nobody was to be accepted, and he wasn't accepted, but he left a letter and a ticket for the quartet matinée, in which my [[String Quartet No. 1\|1st quartet]] was to be performed the next day. This drove me to complete despair, showing just how reclusive I'd become during this time. The next day I was obliged to go to the quartet matinée and listen to the mediocre, not to say bad, performance of the quartet, to go with [[Sgambati]] to the artists' room in front of the entire audience, who looked at me curiously, to utter pleasantries, etc. Anyway, [[Sgambati]], knowing that I'm working and that I'm unsociable, is very nice, saying directly that he doesn't want to be a nuisance, hasn't invited me to see him, and only asks me to be there again next Friday to hear ''his'' quartet (the same one that, you remember, they played for [[Liszt]]). Be that as it may, all the pleasure of being in [[Rome]] has been ruined. Today I had to go to see off the ''Pahlens'', who showed me completely incomprehensible, yet touching attention. Then I met Izvolsky, Princess Sherbatova, and some other prince, who insisted I have a coulibiac... Disgusting!

			I don't know if I can bear it for another week, and I'm dying to finish the work I've set myself.

			The quartet was a great success; it was praised terribly in the newspapers. However, the papers here praise everything.

			Oh, to be home soon. Just imagine that I already have a pain in the pit of my stomach when I think about travelling. After all, it's the busiest time; the crossing is terrible!

			Kisses. Hugs.
			{{right\|P. Tchaikovsky}}
			I'm very happy that Kolya Korsakov is marrying ''[[Tasya]]''.
	}}		}}

Brett: 1 revision imported

2022-07-12T12:44:09Z

1 revision imported

← Older revision	Revision as of 14:44, 12 July 2022
(No difference)

Brett at 09:57, 23 April 2020

2020-04-23T09:57:15Z

New page

{{letterhead
|Date=7/19 April 1890
|To=[[Modest Tchaikovsky]]
|Place=[[Rome]]
|Language=Russian
|Autograph=[[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}} (a{{sup|3}}, No. 1941)
|Publication={{bib|1902/25|Жизнь Петра Ильича Чайковского ; том 3}} (1902), p. 365 (abridged)<br/>{{bib|1955/37|П. И. Чайковский. Письма к близким}} (1955), p. 457<br/>{{bib|1977/40|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том XV-Б}} (1977), p. 132<br/>{{bib|1981/81|Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography}} (1981), p. 457–458 (English translation)
}}
==Text==
{{Lettertext
|Language=Russian
|Translator=
|Original text={{right|''19/7 апр[еля]'' [18]90<br/>''Рим''}}
Два дня сряду я был страшно не в духе, просто в отчаянии, до того, что потерял аппетит, охоту работать и т. д. Палены разблаговестили в Риме, что я здесь, и вот прежде всего является ''Алексей Голицын''. Ну, это ничего; я ведь очень люблю его и даже, по миновании первого ужаса от вида нового лица, был рад его видеть. Но тотчас же после его явился ''Сгамбати''; я успел велеть никого не принимать, и его не приняли, но он оставил письмецо и билет на квартетное утро, в коем на другой день должен был исполняться мой 1-ый квартет. Это меня привело в полное отчаянье, доказывающее, до чего я одичал за это время. На другой день пришлось идти на квартетное утро, выслушать посредственное, чтоб не сказать плохое, исполнение квартета, идти с Сгамбати в комнату артистов в виду всей публики, любопытно на меня взиравшей, говорить любезности и т. д. Впрочем, Сгамбати, зная что я работаю и что я нелюдим, очень мил, прямо говорит, что не хочет меня беспокоить, не зовёт к себе и только просит в следующую пятницу опять быть, чтобы слышать ''его'' квартет (тот самый, что, помнишь, при Листе играли). Как бы то ни было, но все удовольствие пребывания в Риме отравлено. Сегодня пришлось идти провожать ''Паленов'', которые оказывали мне совершенно непонятное, но трогающее меня внимание. Там я встретился с Извольским, с княгиней Шербатовой, с каким-то ещё князем, который звал меня на кулебяку... Отвратительно!

Не знаю, выдержу ли ещё неделю, а смерть хотелось бы доделать то, что я положил себе.

Квартет имел большой успех; в газетах страшно расхвали ли. Впрочем, в газетах здесь все хвалят.

Ах, скорей бы домой. Представь, что у меня уже теперь о. волнения под ложечкой болит, когда помышляю о путешествии. Ведь самое горячее время; разъезд страшный!

Целую. Обнимаю.
{{right|П. Чайковский}}
Мне очень нравится, что Коля Корс[аков] женится на ''Тасе''.

|Translated text=
}}

Letter 4095 - Revision history

Brett at 13:48, 20 April 2024

Brett: 1 revision imported

Brett at 09:57, 23 April 2020