Brett at 15:52, 17 August 2024

2024-08-17T15:52:01Z

Brett: 1 revision imported

2022-07-12T12:20:10Z

1 revision imported

← Older revision	Revision as of 14:20, 12 July 2022
(No difference)

Brett at 20:36, 31 December 2019

2019-12-31T20:36:40Z

New page

{{letterhead
|Date=5/17 August 1890
|To=[[Grand Duke Konstantin Konstantinovich]]
|Place=[[Frolovskoye]]
|Language=Russian
|Autograph=[[Saint Petersburg]] (Russia): {{RUS-SPil}} (ф. 137, No. 78/25)
|Publication={{bib|1902/25|Жизнь Петра Ильича Чайковского ; том 3}} (1902), p. 382–385 (dated "3 August" {{OS}})<br/>{{bib|1977/40|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том XV-Б}} (1977), p. 236–239
}}
==Text==
{{Lettertext
|Language=Russian
|Translator=
|Original text={{right|''5 августа'' 1890<br/>с[ело] ''Фроловское''}}
{{centre|Ваше императорское высочество!}}
Ваше дорогое, Милое, очаровательное письмо получил я за несколько часов перед отъездом в дальний путь, и потому простите, ради Бога, что мой ответ не будет так обстоятелен, как бы следовало. А между тем так много бы хотелось сказать по поводу замечаний, высказанных Вами о «''Пиковой даме''»! Но, Бог даст, зимой буду иметь возможность неоднократно беседовать с Вами устно. А пока мест позвольте, прежде всего, горячо поблагодарить Вас за неоценённое внимание Ваше ко мне и к моему новому детищу. Я ведь знаю, как в настоящее время Вы заняты и как мало у Вас досуга. Между тем Вы нашли возможность познакомиться с «''Пиковой дамой''» весьма основательно и уделили часть своего свободного времени для написания сочувственного отзыва о ней. Радуюсь, что в общем опера нравится Вам, и надеюсь, что после услышания её она ещё больше будет Вам по сердцу. Я писал её с небывалой горячностью и увлечением, живо перестрадал и перечувствовал все происходящее в ней (даже до того, что одно время боялся появления призрака «''Пиковой дамы''») и надеюсь, что все мои авторские восторги, волнения и увлечения отзовутся в сердцах отзывчивых слушателей. Тем не менее не сомневаюсь, что в опере этой бездна недостатков, свойственных моей музы-кальной личности. Ваши указания на погрешности против декламации, вероятно, слишком снисходительны. В этом отношении я неисправим. Не думаю, чтобы в речитативе, в диалоге я наделал много промахов этого рода; но в лирических местах, там, где правдивость передачи общего настроения увлекает меня, — я просто не замечаю ошибок подобных тем, о коих Вы упоминаете, и нужно, чтобы кто-нибудь точно указал на них, чтобы я их заметил. Впрочем, надо правду сказать, что у нас к этим подробностям относятся слишком щепетильно. Наши музыкальные критики, упуская часто из виду, что главное в вокальной музыке- правдивость воспроизведения чувств и настроений. прежде всего ищут неправильных акцентов, не соответствующих устной речи подъёмов мелодии, вообще всяческих мелких декламационных недосмотров, — с каким-то злорадством собирают их и попрекают ими автора с усердием, достойным лучших целей. По этой части особенно отличался и до сих пор при всяком случае отличается г. Кюи. Но, Ваше высочество, согласитесь, что безусловная непогрешимость в отношении музыкальной декламации есть качество отрицательное и что преувеличивать значение этого качества не следует. Однако ж, указывая на это свойство наших музыкальных зоилов, я вовсе не претендую быть правым. За указание на слово как, попавшее некстати на акцентированную часть такта, очень, очень благодарю Вас. Я как раз исправляю теперь все недосмотры и ошибки первого издания (второе выйдет осенью) и замечанием Вашим воспользовался немедленно.

Что касается повторения слов и даже целых фраз, то я должен сказать Вашему высочеству, что тут диаметрально расхожусь с Вами. Есть случаи, когда такие повторения совершенно естественны и согласны с действительностью. Человек под влиянием ''аффекта'' весьма часто повторяет одно и то же восклицание, одну и ту же фразу. Я не нахожу ничего несогласного с истиной В том, что старая, недалёкая гувернантка при всяком удобном случае повторяет при нотации и внушении свой вечный ''refrain'' о приличиях. Но даже если б в действительной жизни ничего подобного никогда не случалось, то я нисколько бы не затруднился нагло отступить от реальной истины в пользу истины художественной. Эти две истины совершенно различны, и слишком гнаться за первой из них, забывая вторую, я не хочу и не могу, ибо если погоню за реализмом в опере довести до последней крайности, — то неминуемо придёшь к полному отрицанию самой оперы. Люди, которые вместо того, чтобы говорить — поют, — ведь это верх л ж и в низменном смысле слова. Конечно, я человек своего века и возвращаться к отжившим оперным условностям и нонсенсам не желаю, - но подчиняться деспотическим требованиям теорий реализма отнюдь не намерен.

Тем не менее мне до того несносна мысль, что есть место в «''Пиковой даме''», которое Вам противно, мне так хочется, чтобы именно В а м она как можно более была по душе, что я немедленно изменил текст в сцене гувернантки, распекающей девиц, и теперь повторение фразы если и есть, то мотивированное. Пришлось присочинить несколько стихов; это для меня страшно трудно, но я многое могу принести в жертву на алтарь моей приверженности к Вашему высочеству. То, что Вы говорите о первой сцене в Летнем саду, совершенно верно; я тоже очень боюсь, как бы это не вышло несколько опереточно, балаганно.

Относительно хора, коим начинается второе действие, скажу, что его поют не гости (последние танцуют при этом), а ''настоящий хор певчих''. Текст этого хора принадлежит перу мало известного писателя прошлого века ''Карабанова'', специальность коего была сочинять тексты приветственных и всяческих ''кантат'' на празднествах вельмож Екатерины. Исполнение этой ''кантаты'' у меня в опере весьма реально, ибо стихи были сочинены, положены на музыку и спеты певчими на домашнем празднестве у Нарышкина. Песня ''Томского'' написана на слова ''Державина''; песня эта была в моде в конце прошлого столетия. Как и Все, что вышло из-под пера пресловутого ''Гавриила Романовича'', она лишена прелести. Я допускаю, что в торжественных одах у Державина был некоторый ''пиитический жар'', хотя и выраженный надутыми и тяжёлыми фразами. Но чего ему безусловно недоставало, так это остроумия. В данном случае (''в песне Томского'') нельзя не удивляться и пошлой глупости основной мысли, и натянутости формы. Взял же я эту песню как характерный эпизодик в картине, рисующей нравы конца прошлого века.

Ваше высочество! Я ещё очень, очень многое выскажу Вам по поводу письма Вашего через несколько времени. Уезжаю сегодня в Тифлис, но по дороге остановлюсь У брата Модеста и у сестры в Каменке. Из последней я и буду иметь удовольствие писать Вам.

Прошу Ваше высочество передать великой княгине выражение моего всенижайшего почтения и, ещё раз горячо благодаря за дорогое письмо, остаюсь Вашего высочества покорный слуга,
{{right|П. Чайковский}}

|Translated text=
}}

Letter 4195 - Revision history

Brett at 15:52, 17 August 2024

Brett: 1 revision imported

Brett at 20:36, 31 December 2019