Letter 903 - Revision history

Brett at 18:38, 31 August 2024

2024-08-31T18:38:34Z

← Older revision		Revision as of 20:38, 31 August 2024
Line 7:		Line 7:
	\|Publication={{bib\|1940/210\|П. И. Чайковский. Письма к родным ; том 1}} (1940), p. 440–441<br/>{{bib\|1955/37\|П. И. Чайковский. Письма к близким}} (1955), p. 173–174 (abridged)<br/>{{bib\|1962/102\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том VII}} (1962), p. 379<br/>{{bib\|1981/81\|Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography}} (1981), p. 170–171 (English translation; abridged)		\|Publication={{bib\|1940/210\|П. И. Чайковский. Письма к родным ; том 1}} (1940), p. 440–441<br/>{{bib\|1955/37\|П. И. Чайковский. Письма к близким}} (1955), p. 173–174 (abridged)<br/>{{bib\|1962/102\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том VII}} (1962), p. 379<br/>{{bib\|1981/81\|Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography}} (1981), p. 170–171 (English translation; abridged)
	}}		}}
	==Text==		==Text and Translation==
	{{Lettertext		{{Lettertext
	\|Language=Russian		\|Language=Russian
	\|Translator=		\|Translator=Brett Langston
	\|Original text={{right\|''Вербовка''<br/>28 августа}}		\|Original text={{right\|''Вербовка''<br/>28 августа}}
	Как пролетела эта неделя, — я и не заметил. Было очень весела, было до того приятно, тепло на душе, что нередка слеза прошибала при мысли, что нужно ехать в Москву. Чуть. не каждый вечер мы устраивали поездки с чаем в лес, а по утром я занимался. Представь себе, Модичка, что меня неожиданно обуяла вдохновение. В Браилове я написал ''скерцо'', здесь ''Introduzione e Fuga'' и ''Аndаntе''. Все это составит оркестровую ''сюиту'', в которую войдут ещё ''Intermezzo'' и ''Рондо''. И то и другое у меня уже вертится в голове. Я должен был уехать ещё третьего дня, в субботу вечером. Но на вчера была назначена большая охота с облавой в лесу, в коей должны были участвовать 32 стрелка и около 70 человек облавщиков. Я не мог не соблазниться и отложил свою поездку на сегодня, понедельник. К сожалению, ~~у довольствия~~ никакого я не испытал, ибо третьего дня простудился и на охоте чувствовал себя до того дурно, что чуть не плакал, и только и думал, как бы п скорее домой{{*}}. Наконец в 9 часов я улёгся спать, а сегодня проснулся в 5 часов совершенно здоровый и бодрый. Теперь 7 часов; ещё все спят, а я тороплюсь написать тебе, Н[адежде] Ф[иларетовне] и Котеку, и это торопливость, должно быть, дает себя чувствовать. Мне грустно, что от тебя нет никаких известий, — но я объясняю себе это тем, что ты мне уже пишешь в Москву. ''Анатолий'' хандрит. Меня это очень суетит и беспокоит. Еду прямо в Петербург. Очень жаль, что его не нормальное душевное состояние прибавляет тревоги к моим первым треволнениям первых дней в Москве, — но я надеюсь при свидании повлиять на него благотворно. У меня засело в душе убеждение, что он ''распускает'' себя!		Как пролетела эта неделя, — я и не заметил. Было очень весела, было до того приятно, тепло на душе, что нередка слеза прошибала при мысли, что нужно ехать в Москву. Чуть не каждый вечер мы устраивали поездки с чаем в лес, а по утром я занимался. Представь себе, Модичка, что меня неожиданно обуяла вдохновение. В Браилове я написал ''скерцо'', здесь ''Introduzione e Fuga'' и ''Аndаntе''. Все это составит оркестровую ''сюиту'', в которую войдут ещё ''Intermezzo'' и ''Рондо''. И то и другое у меня уже вертится в голове. Я должен был уехать ещё третьего дня, в субботу вечером. Но на вчера была назначена большая охота с облавой в лесу, в коей должны были участвовать 32 стрелка и около 70 человек облавщиков. Я не мог не соблазниться и отложил свою поездку на сегодня, понедельник. К сожалению, удовольствия никакого я не испытал, ибо третьего дня простудился и на охоте чувствовал себя до того дурно, что чуть не плакал, и только и думал, как бы скорее домой{{*}}. Наконец в 9 часов я улёгся спать, а сегодня проснулся в 5 часов совершенно здоровый и бодрый. Теперь 7 часов; ещё все спят, а я тороплюсь написать тебе, Н[адежде] Ф[иларетовне] и Котеку, и это торопливость, должно быть, дает себя чувствовать. Мне грустно, что от тебя нет никаких известий, — но я объясняю себе это тем, что ты мне уже пишешь в Москву. ''Анатолий'' хандрит. Меня это очень суетит и беспокоит. Еду прямо в Петербург. Очень жаль, что его не нормальное душевное состояние прибавляет тревоги к моим первым треволнениям первых дней в Москве, — но я надеюсь при свидании повлиять на него благотворно. У меня засело в душе убеждение, что он ''распускает'' себя!

	Квартиру мне должны уже теперь устраивать. Из письма Юргенсона я вижу, что Ник[олай] Льв[~~авич~~] забрал у него 125 рублей; следовательно, что-нибудь он делает.		Квартиру мне должны уже теперь устраивать. Из письма Юргенсона я вижу, что Ник[олай] Льв[ович] забрал у него 125 рублей; следовательно, что-нибудь он делает.

	Мне тяжело будет сегодня расставаться с милой Вербовкой. Лева едет со мной до Киева. ''Саша'' в отчаяньи, что в прошлый четверг она забыла послать тебе вещи и пшеницу. Когда-то мы с тобой увидимся?		Мне тяжело будет сегодня расставаться с милой Вербовкой. Лева едет со мной до Киева. ''Саша'' в отчаяньи, что в прошлый четверг она забыла послать тебе вещи и пшеницу. Когда-то мы с тобой увидимся?
	{{right\|Твой, П. Чайковский}}		{{right\|Твой, П. Чайковский}}
			Целую тысячи раз тебя и Колю.
	Целую тысячи раз тебя и ~~Калю~~.
	------		------
	{{*}} Охота была неудачна: убито очень мало.		{{*}} Охота была неудачна: убито очень мало.

	\|Translated text=		\|Translated text={{right\|''[[Verbovka]]''<br/>28 August}}
			How this week has flown by — I didn't even notice. It was very cheerful, so pleasant and warm to the soul, that I was often tearful at the thought that I had to go to [[Moscow]]. Almost every evening we arranged trips with tea to the woods, and in the mornings I worked. Just imagine, [[Modichka]], that I was unexpectedly seized by inspiration. In [[Brailov]] I wrote a ''scherzo'', here an ''Introduzione e Fuga'' and ''Andante''. All this will make up an orchestral ''[[Suite No. 1\|suite]]'', which will also include an ''Intermezzo'' and ''Rondo''. Both of these are already spinning round in my head. I should have left the day before yesterday, on Saturday evening, but a big hunt with a raid in the woods, in which 32 shooters and around 70 raiders were to take part, was scheduled for yesterday. I couldn't help but be tempted and postponed my trip until today, Monday. Unfortunately, I experienced no pleasure whatsoever, because I caught a cold the day before yesterday, and felt so dreadful during the hunt that I almost wept, and my only thought was about how I could be home as soon as possible {{*}}. Finally at 9 o'clock I went to bed, and today I awoke at 5 completely well and cheerful. It's now 7 o'clock; everyone is still asleep, and I'm hurrying to write to you, [[Nadezhda Filaretovna]] and [[Kotek]], and I daresay this haste makes itself felt. I'm sad to have no news at all from you, but I explain this to myself by the fact that you're already writing to me in [[Moscow]]. ''[[Anatoly]]'' is miserable. This makes me very restless and worried. I'm going straight to [[Petersburg]]. It's a great pity that his abnormal mental state adds to the anxiety of my initial worries about the first days in [[Moscow]], but I hope to have a positive influence on him when we meet. I have a deep-seated conviction in my soul that he is ''letting himself go''.

			They should be arranging an apartment for me now. I see from [[Jurgenson]]'s letter that Nikolay Lvovich took 125 rubles from him; therefore, he is doing something.

			It will be difficult for me to part ways with dear [[Verbovka]] today. [[Lyova]] is going with me to [[Kiev]]. ''[[Sasha]]'' is in despair that she forgot to send you the wheat and things last Thursday. When will we see each other?
			{{right\|Yours, P. Tchaikovsky}}
			I kiss you and [[Nikolay Konradi\|Kolya]] a thousand times.
			------
			{{*}} The hunt was unsuccessful, with very little killing.
	}}		}}


	{{DEFAULTSORT:Letter 0903}}		{{DEFAULTSORT:Letter 0903}}

Brett: 1 revision imported

2022-07-12T12:28:39Z

1 revision imported

← Older revision	Revision as of 14:28, 12 July 2022
(No difference)

Brett at 15:33, 9 April 2020

2020-04-09T15:33:13Z

New page

{{letterhead
|Date=28 August/9 September 1878
|To=[[Modest Tchaikovsky]]
|Place=[[Verbovka]]
|Language=Russian
|Autograph=[[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}} (a{{sup|3}}, No. 1505)
|Publication={{bib|1940/210|П. И. Чайковский. Письма к родным ; том 1}} (1940), p. 440–441<br/>{{bib|1955/37|П. И. Чайковский. Письма к близким}} (1955), p. 173–174 (abridged)<br/>{{bib|1962/102|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том VII}} (1962), p. 379<br/>{{bib|1981/81|Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography}} (1981), p. 170–171 (English translation; abridged)
}}
==Text==
{{Lettertext
|Language=Russian
|Translator=
|Original text={{right|''Вербовка''<br/>28 августа}}
Как пролетела эта неделя, — я и не заметил. Было очень весела, было до того приятно, тепло на душе, что нередка слеза прошибала при мысли, что нужно ехать в Москву. Чуть. не каждый вечер мы устраивали поездки с чаем в лес, а по утром я занимался. Представь себе, Модичка, что меня неожиданно обуяла вдохновение. В Браилове я написал ''скерцо'', здесь ''Introduzione e Fuga'' и ''Аndаntе''. Все это составит оркестровую ''сюиту'', в которую войдут ещё ''Intermezzo'' и ''Рондо''. И то и другое у меня уже вертится в голове. Я должен был уехать ещё третьего дня, в субботу вечером. Но на вчера была назначена большая охота с облавой в лесу, в коей должны были участвовать 32 стрелка и около 70 человек облавщиков. Я не мог не соблазниться и отложил свою поездку на сегодня, понедельник. К сожалению, у довольствия никакого я не испытал, ибо третьего дня простудился и на охоте чувствовал себя до того дурно, что чуть не плакал, и только и думал, как бы п скорее домой{{*}}. Наконец в 9 часов я улёгся спать, а сегодня проснулся в 5 часов совершенно здоровый и бодрый. Теперь 7 часов; ещё все спят, а я тороплюсь написать тебе, Н[адежде] Ф[иларетовне] и Котеку, и это торопливость, должно быть, дает себя чувствовать. Мне грустно, что от тебя нет никаких известий, — но я объясняю себе это тем, что ты мне уже пишешь в Москву. ''Анатолий'' хандрит. Меня это очень суетит и беспокоит. Еду прямо в Петербург. Очень жаль, что его не нормальное душевное состояние прибавляет тревоги к моим первым треволнениям первых дней в Москве, — но я надеюсь при свидании повлиять на него благотворно. У меня засело в душе убеждение, что он ''распускает'' себя!

Квартиру мне должны уже теперь устраивать. Из письма Юргенсона я вижу, что Ник[олай] Льв[авич] забрал у него 125 рублей; следовательно, что-нибудь он делает.

Мне тяжело будет сегодня расставаться с милой Вербовкой. Лева едет со мной до Киева. ''Саша'' в отчаяньи, что в прошлый четверг она забыла послать тебе вещи и пшеницу. Когда-то мы с тобой увидимся?
{{right|Твой, П. Чайковский}}

Целую тысячи раз тебя и Калю.
------
{{*}} Охота была неудачна: убито очень мало.

|Translated text=
}}

{{DEFAULTSORT:Letter 0903}}