Letter 1621

Date 31 October/12 November 1880
Addressed to Nadezhda von Meck
Where written Kamenka
Language Russian
Autograph Location Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve (a3, No. 685)
Publication П. И. Чайковский. Переписка с Н. Ф. фон-Мекк, том 2 (1935), p. 442–443
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том IX (1965), p. 309–311

Text

Russian text
(original)
Камеnка
31 октября

Спешу поблагодарить Вас, милый, добрый, бесконечно любимый друг, за чудную карточку Вашу, только что мной полученную. Это положительно лучшая карточка Ваша из всех мной виденных. Она доставила мне безмерное удовольствие!!

Здоровье моё улучшается. Боли головы, доходившие до того, что я плакал, как ребёнок, почти прошли благодаря мушкам, к которым пришлось прибегнуть. Но доктор велит ещё довольно долго воздерживаться от всяких занятий и даже по возможности сократить мою переписку. Вот почему, дорогая моя, я буду некоторое время писать Вам лишь короткие письма. Когда-то я попаду за границу! Ощущаю бесконечно сильное стремление рассеяться и развлечь себя путешествием. С другой стороны, в Москве мне предстоит много дела, а Направник пишет мне, что я понадоблюсь для постановки оперы в самом начале января и, может быть, даже раньше. Меня начинает смущать мысль, что путешествие моё будет отравлено сознанием его неизбежной краткости и тем, что я буду связан необходимостью явиться в Петербург тотчас после уведомления Направника, которое может состояться, когда я его буду ожидать всего менее. Посоветуйте мне, дорогая моя, как поступить. Не благоразумнее ли будет отложить путешествие за границу до постановки оперы? Тогда я съездил бы в Москву и Петербург, а на декабрь вернулся бы в Каменку с тем, чтобы в январе уехать в Петербург и за границу. При свойственной моему характеру нерешительности я буду очень счастлив получить от Вас в Москве какой-нибудь совет.

Здоровье сестры, слава Богу, очень хорошо. Она осчастливлена приездом своей кузины, своего ближайшего друга, с которым она провела все детство и первую молодость. Кузина эта, муж которой — директор Балтийской дороги, приехала с мужем и сыном в собственном вагоне, и они предлагают на возвратном пути довезти Модеста с Колей и меня до Москвы. Предложение это столь соблазнительно, а, с другой стороны, здоровье моё ещё так не упрочилось, что я, быть может, решусь остаться в Каменке до их отъезда, который состоится после 12 числа.

Все Ваши поручения исполню непременно, т. е. 1) доставлю Вам или во Флоренцию или в Браилов портреты всего семейства сестры и 2) непременно снимусь в Москве или в Петербурге специально для Вас.

Мне очень хочется распространиться по поводу одного места Вашего письма, касающегося моей религиозности, но я принуждён отложить это до полного выздоровления, ибо голова моя действительно требует, чтобы я остерегался от всяких напряжений.

Желаю Вам всяких благ и, главное, — здоровья и спокойствия.

Ещё раз бесконечно благодарю за карточку. В виду неизвестности дня моего отъезда, прошу Вас, дорогой друг, адресовать мне в Москву, где во всяком случае буду около 12–14 ноября.

Ваш П. Чайковский