Letter 1825

Date 4/16 August 1881
Addressed to Nadezhda von Meck
Where written Kamenka
Language Russian
Autograph Location Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve (a3, No. 737)
Publication П. И. Чайковский. Переписка с Н. Ф. фон-Мекк, том 2 (1935), p. 538–539
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том X (1966), p. 183–185

Text

Russian text
(original)
Каменка
4 августа

Дорогой и милый друг мой!

Вчера Лев Вас[ильевич] именно собирался писать Вам, когда пришла Ваша телеграмма. Он поручает мне передать Вам своё искреннейшее сожаление, что не удалось принести Вам тех услуг, о которых между Вами шла речь. Я с своей стороны тоже глубоко об этом сожалею, но, убеждённый в том, что Браилов требовал бы, чтобы он посвятил ему себя всецело, и зная, до какой степени ему трудно сложить с Себя все заботы о здешнем хозяйстве, — я прихожу к заключению, что действительно приходится отказаться от мысли поставить его во главе браиловского хозяйства. Будем надеяться, что вопрос о Браилове будет разрешён самым благоприятным для Вас образом. Удивляюсь, как между богачами не найдётся охотника купить это чудное имение, хотя бы ради благоприятных условий красоты местности, чудного дома, парка, лесов:

Сегодня часть семейства Льва Вас[ильевича] уже переезжает в Киев. Они зиму эту проведут там и уже наняли квартиру. Сегодня Лев Вас[ильевич] везёт туда двух старших мальчиков, поступающих в гимназию, а через несколько дней увезут Тасю, которая отдана уже в гимназию женскую. Все эти дети будут покамест жить под наблюдением своей старой гувернантки и сестёр, которые поочерёдно будут ездить в Киев. 1-го октября все семейство окончательно водворится там на всю зиму. Милый друг! Так как желательно, чтобы милые сыновья Ваши явились к нам в Каменку, когда сестра уже вернётся из Карлсбада и когда все будут в сборе, то я думаю, что лучше всего, если они приедут сюда в конце августа. Теперь Л[ев] В[асильевич] уезжает на неделю, потом вернётся лишь на несколько дней, снова увезёт Тасю и будет приводить в устройство квартиру, так что и он и старшие племянницы будут почти весь месяц отсутствовать и только к концу августа, когда ожидается возвращение сестры, все будут в сборе.

Я с радостью думаю о предстоящем в начале сентября приезде ко мне Алёши и о посещении Симаков. Занятия редакцией сочинений Бортнянского очень утомляют меня. Оказывается, что работа эта будет очень продолжительна, т. е. потребует нескольких месяцев усидчивого труда. Бортнянский был человек с маленьким талантиком и очень плодовит. Он оставил массу произведений, из которых лишь очень немногие заслуживают внимания. Все остальное или посредственно или совсем плохо и пошло. Таким образом, взятая мной на себя по просьбе Юргенсона работа не заключает в себе ничего приятного, и минутами я так утомляюсь, что мечтаю отказаться от труда, не докончив его. Но это бывает только минутами. И на этот раз я не отступлю от принципа кончать все, что начинаю. Весьма может статься, что вызываемое сложностью этой работы решительное отвлечение от сочинительства, — в сущности полезно для меня. Не будь этой работы, — я бы поневоле задавался бы тем или другим сочинением, а между тем чувствую, что пришлось бы напрягать себя и утомлять свою усталую голову творческой работой. Мне полезно отдохнуть от сочинительства; если творческая искра во мне не угасла, — то она со временем запылает снова и лучше прежнего.

Милый друг! Я ещё, кажется, не рекомендовал Вам одного моего произведения, изданного недавно Юргенсоном, Я говорю о серенаде для струнных инструментов в 4-х частях, изданной в переложении на 4 руки. Мне очень хотелось бы, чтобы вещь эта была Вам известна. Если когда-нибудь на днях у Вас выдастся свободная минутка, которую Вы захотите посвятить музыке, то проиграйте, пожалуйста, эту вещь с Бюсси.

Напишите мне, дорогая моя, где Вы предполагаете провести зиму. Я мечтаю пожить нынешней зимой в Италии.

Брат Модест тоже собирается в Рим на зиму. Вероятно, я буду жить с ним и его воспитанником.

Будьте здоровы, дорогая моя, и пошли Вам Бог успеха в делах Ваших.

Ваш П. Чайковский