Letter 285

Date 9/21 January 1873
Addressed to Aleksandra Davydova
Where written Moscow
Language Russian
Autograph Location Saint Petersburg (Russia): National Library of Russia (ф. 834, ед. хр. 16, л. 71–72)
Publication П. И. Чайковский. Письма к родным (1940), p. 189–190
П. И. Чайковский. Письма к близким. Избранное (1955), p. 79 (abridged)
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том V (1959), p. 297–298
Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography (1981), p. 76–77 (English translation; abridged)

Text

Russian text
(original)
9 января

Прости, голубушка, что по обыкновению ленюсь и давно не даю о себе ничего знать. Из писем Папаши ты, вероятно, уже знаешь, что я на праздники совершенно неожиданно попал в Питер, куда меня вызвали для присутствования в комитете, решавшем судьбу моей оперы. Я так был убеждён, что меня забракуют и вследствие этого был до того расстроен, что даже не решился прямо отправиться к Папаше, боясь его обеспокоить своим отчаянным видом. На другой день после злополучного комитета, стоившего мне многих терзаний и однако же окончившегося к моему полному у довольствию, я поехал к Папаше и прожил у него около недели. Не скажу, чтобы эти дни были проведены мною приятно, ибо я был разрываем на куски; что ни день, то музыкальные вечера и обеды, так, что я даже с нетерпением ожидал возможности улизнуть от всех этих удовольствий и поскорее вернуться в мою милую, богоспасаемую матушку-Москву. Здесь в самом деле меньше суеты и больше покоя. Вообще я теперь в эту поездку убедился, до какой степени я безвозвратно оторвался от Петербурга и, напротив, до чего я обжился в Москве. Как бы меня ни ласкали и какие бы удачи ни дались мне в удел в Петербурге, я уж теперь до конца жизни останусь закоренелым москвичом. Так, кажется, бывает со всеми, пожившими в Москве. Моя сладчайшая и вожделеннейшая мечта, — это, чтобы когда-нибудь и Вы, милые мои, переселились в первопрестольную. В Питере был у Адамова, который, несмотря на все свои повышения и на невероятную роскошь, которою он окружён, — нисколько не переменился. Жена его мне понравилась. Софья Ивановна имеет вид женщины, которая всегда была уверена, что Миша, а следовательно, и она будут важны и богаты. Видел я там, т. е. в Петербурге, Тётю Катю, висевшую у меня на шее по крайней мере полчаса, и Лиду Ольховскую, которую Я нашёл весьма много поправившеюся и повеселевшею.

Сейчас был у Ал[ександры] Ив[ановны], которая была не совсем здорова, но теперь поправляется, т. е. она уже здорова, но только не выезжает. Не знаю, жаловалась ли тебе на меня сестрица Наст[асья] Вас[ильевна], которую я заставил довольно долго дожидаться моего приношения, в чем весьма раскаиваюсь; впрочем, она мне написала очень нежное, благодарственное письмо.

Авдотью Яковлевну видел и получил несколько трагикомических сцен, а сюда в Москву грозное письмо, упрекающее меня в неблагодарности и жестокости сердца.

Моде не пишу, ибо надеюсь, что это письмо Вы будете читать вместе. Крепко тебя обнимаю н целую твои ручки, а также твоего Льва и всех детей. Ник[олаю] Вас[ильевичу] — низкий поклон.

Твой П. Чайковский

Послезавтра здесь будут исполнять мою новую симфонию.