Letter 943
Date | 18/30 October 1878 |
---|---|
Addressed to | Nadezhda von Meck |
Where written | Saint Petersburg |
Language | Russian |
Autograph Location | Moscow (Russia): Russian National Museum of Music (Ф. 171, No. 106) |
Publication | П. И. Чайковский. Переписка с Н. Ф. фон-Мекк, том 1 (1934), p. 458–459 П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том VII (1962), p. 428–429 To my best friend. Correspondence between Tchaikovsky and Nadezhda von Meck (1876-1878) (1993), p. 356–357 (English translation) |
Text
Russian text (original) |
С[анкт] Петербург 18/30 окт[ября] 1878 г[ода] Получили ли Вы, милый друг мой, «Онегина»? Он был адресован в С[ан]-Ремо. Черновую же рукопись я покамест оставил в Москве, но написал Алексею, чтобы он привёз мне её сюда. Я приведу в порядок эти разрозненные листы и тетради и возьму с собой, а во Флоренции, где я непременно рассчитываю быть в одно время с Вами (т. е. в декабре), я Вам доставлю её. Пожалуйста, друг мой, напишите мне, в каком месте находится Ваша вилла и вообще как Вы устроились. Я чрезвычайно радуюсь, что Вы именно Флоренцию избрали своим местопребыванием, но боюсь, чтоб Вы не страдали от холода. Все же климат Флоренции не такой тёплый, как на Riviera Роnente. Я продолжаю пользоваться гостеприимством моих многочисленных здешних родственников. Все эти люди оказывают мне самый тёплый приём, но я немало страдаю от сознания ложности моего положения относительно их. Они мне все или почти все вполне чужды, а между тем, кровные узы обязывают к интимности. Приходится играть маленькую комедию, и это меня очень тяготит. Мне также чрезвычайно неприятно, что все они постоянно просят меня играть, затем распространяются насчёт музыки и, наконец, допытываются узнать, когда же я буду произведён в директора консерватории. Это все чиновный люд, и на меня они смотрят как на музыкального чиновника, несколько обойдённого и поражённого несправедливостью высшего начальства, не догадавшегося произвести меня в директора. Только наедине с братьями и в уютном уголке моего дорогого старичка отца я отдыхаю и почерпаю силы вести скучную, петербургскую жизнь. Если б не эти немногие милые мне до бесконечности лица, то, конечно, я бы никогда не показал носа в великолепной, но несимпатичной северной столице. Я бы не задумываясь уехал отсюда сейчас же, если б не братья и не отец. К сожалению, я мало наслаждаюсь сообществом их. Во всяком случае, не позже 1-го ноября я уезжаю. Моя отставка от профессорской должности и появление «Онегина» произвели некоторую сенсацию в здешнем музыкальном мире. Обо мне много говорят и фантазируют на все лады. Все убеждены, что я добиваюсь профессорства в Петербурге. О! как они далеки от истины! Из музыкантов я виделся только с Давыдовым, где целый вечер был посвящён ознакомлению с «Онегиным», который, по-видимому, нравится. Само собой разумеется, что писать я ничего не могу. Вот я поневоле и отдохнул теперь от занятий, так как уже около двух месяцев ничего не делаю. До свиданья, дорогая моя. Ваш П. Чайковский На будущей неделе пойдёт, говорят, «Вакула». |