Letter 2386: Difference between revisions
No edit summary |
No edit summary |
||
| (One intermediate revision by the same user not shown) | |||
| Line 7: | Line 7: | ||
|Publication={{bib|1970/86|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том XII}} (1970), p. 276 | |Publication={{bib|1970/86|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том XII}} (1970), p. 276 | ||
}} | }} | ||
==Text== | ==Text and Translation== | ||
{{Lettertext | {{Lettertext | ||
|Language=Russian | |Language=Russian | ||
|Translator= | |Translator=Brett Langston | ||
|Original text={{right|''8 ноября'' 1883}} | |Original text={{right|''8 ноября'' 1883}} | ||
Как ты мог вообразить, Модя, что я сержусь на тебя за участие в «Гражданине»? Напротив, радуюсь, ибо это во всяком случае упражнение. Весьма понимаю также, что тебе | Как ты мог вообразить, Модя, что я сержусь на тебя за участие в «Гражданине»? Напротив, радуюсь, ибо это во всяком случае упражнение. Весьма понимаю также, что тебе не до повести или комедии и могу только сожалеть, что бедная «''Машенька''» никак не может сойти наконец с ума, умереть и воскреснуть на страницах «Вестника Европы». За то, что ты не пишешь мне часто и много, тоже нисколько не в претензии и уполномочиваю тебя нисколько в этом отношении не стесняться. ''Эмма'' становится для меня настоящей обузой; ей Богу не знаю, что и делать. Я вздумал разрешить её мучительное недоумение относительно отношений с тобой тем, что откровенно сказал, в чем дело. Но судя по её сегодняшнему письму, кажется ещё хуже сделал. Вот трагическое положение: быть прелестной, безупречной девицей и ухитриться внушить людям, которых она больше всего любит на свете, — лишь ощущение тяготы такой-то. Замучен корректурами. Крепко обнимаю. | ||
{{right|П. Чайковский}} | {{right|П. Чайковский}} | ||
|Translated text= | |Translated text={{right|''8 November'' 1883}} | ||
How could you imagine, [[Modya]], that I am angry with you for contributing to "The Citizen". On the contrary, I am glad, because this is, in any case, an exercise. I also fully understand that you have no time for a story or comedy, and I can only regret that poor "''Mashenka''" cannot finally go mad, expire and be resurrected on the pages of the "European Herald". I am not in the least offended that you do not write to me often or at length, and I give you permission not to be in the least embarrassed in this respect. ''[[Emma]]'' is truly becoming a burden to me; by God, I don't know what to do. I thought I could resolve her painful confusion regarding her relationship with you by telling her honestly what the matter was. But judging from her letter today, I seem to have made things even worse. This is a tragic situation: to be a lovely, flawless girl, yet managing to inspire in the people she loves most in the world only a feeling of being some sort of burden. I'm being tormented by proofs. I hug you tightly. | |||
{{right|P. Tchaikovsky}} | |||
}} | }} | ||
Latest revision as of 14:14, 11 May 2025
| Date | 8/20 November 1883 |
|---|---|
| Addressed to | Modest Tchaikovsky |
| Where written | Kamenka |
| Language | Russian |
| Autograph Location | Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve (a3, No. 1725) |
| Publication | П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том XII (1970), p. 276 |
Text and Translation
| Russian text (original) |
English translation By Brett Langston |
8 ноября 1883 Как ты мог вообразить, Модя, что я сержусь на тебя за участие в «Гражданине»? Напротив, радуюсь, ибо это во всяком случае упражнение. Весьма понимаю также, что тебе не до повести или комедии и могу только сожалеть, что бедная «Машенька» никак не может сойти наконец с ума, умереть и воскреснуть на страницах «Вестника Европы». За то, что ты не пишешь мне часто и много, тоже нисколько не в претензии и уполномочиваю тебя нисколько в этом отношении не стесняться. Эмма становится для меня настоящей обузой; ей Богу не знаю, что и делать. Я вздумал разрешить её мучительное недоумение относительно отношений с тобой тем, что откровенно сказал, в чем дело. Но судя по её сегодняшнему письму, кажется ещё хуже сделал. Вот трагическое положение: быть прелестной, безупречной девицей и ухитриться внушить людям, которых она больше всего любит на свете, — лишь ощущение тяготы такой-то. Замучен корректурами. Крепко обнимаю. П. Чайковский |
8 November 1883 How could you imagine, Modya, that I am angry with you for contributing to "The Citizen". On the contrary, I am glad, because this is, in any case, an exercise. I also fully understand that you have no time for a story or comedy, and I can only regret that poor "Mashenka" cannot finally go mad, expire and be resurrected on the pages of the "European Herald". I am not in the least offended that you do not write to me often or at length, and I give you permission not to be in the least embarrassed in this respect. Emma is truly becoming a burden to me; by God, I don't know what to do. I thought I could resolve her painful confusion regarding her relationship with you by telling her honestly what the matter was. But judging from her letter today, I seem to have made things even worse. This is a tragic situation: to be a lovely, flawless girl, yet managing to inspire in the people she loves most in the world only a feeling of being some sort of burden. I'm being tormented by proofs. I hug you tightly. P. Tchaikovsky |
