Letter 2778

Date	27 September/9 October 1885
Addressed to	Nadezhda von Meck
Where written	Maydanovo
Language	Russian
Autograph Location	Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve (a3, No. 949)
Publication	Жизнь Петра Ильича Чайковского, том 3 (1902), p. 74–75 (abridged) П. И. Чайковский. Переписка с Н. Ф. фон-Мекк, том 3 (1936), p. 380–381 П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том XIII (1971), p. 159–160

Text and Translation

Russian text (original)

English translation By Brett Langston

27 сент[ября] 1885 г[ода] с[ело] Майданово Милый, дорогой друг! Сейчас получил письмо Ваше, за которое премного благодарен Вам. Мне грустно было узнать из него, что Вы не поедете в Италию. Ведь, если не ошибаюсь, холера ослабевает, и, вероятно, зимой её вовсе не будет. Неужели Вы снова будете лишены наслаждения подышать воздухом Италии? Мне самому так хочется Италии, я ощущаю такую неотложную потребность в ней, что решил в конце зимы во что бы то ни стало отправиться месяца на 3 во Флоренцию, Рим и Неаполь. Теперь, когда я перестал быть бездомным скитальцем, путешествие будет иметь для меня двойную прелесть. Я чрезвычайно доволен своим домиком, своим одиночеством и свободой, и беспрестанно благодарю Бога, ниспославшего мне, наконец, то, чего я так давно жаждал. Работу свою я, наконец, вполне окончил и сдал для гравировки. Покамест отдыхаю, но уже подумываю приняться за новый труд. Готовое первое действие оперы «Чародейка» лежит передо мной, и я уже начинаю увлекаться предстоящей задачей. Милый друг! Мне нравится высокомерное отношение, Ваше к опере. Вы правы, относясь к атому, в сущности, ложному роду искусства недоброжелательно. Но есть нечто неудержимое, влекущее всех композиторов к опере: это то, что только она одна даёт Вам средство сообщаться с массами публики. Мой «Манфpeд» будет сыгран раз другой и надолго скроется, и никто, кроме горсти знатоков, посещающих симфонические концерты, не узнает его. Тогда как опера, и именно только опера, сближает вас с людьми, роднит Вашу музыку с настоящей публикой, делает Вас достоянием не только отдельных маленьких кружков, но при благоприятных условиях всего народа. Я думаю, что в этом стремлении нет ничего предосудительного, т. е. что не тщеславие руководило Шуманом, когда он писал «Геновефу», или Бетховеном, когда он сочинял своего «Фиделио», а естественное побуждение расширить круг своих слушателей, действовать на сердца по возможности большего числа людей. Не следует только при этом гоняться за внешними эффектами, а выбирать сюжеты, имеющие художественную цену, интересующие и задевающие за живое. Я написал для училищного юбилея не кантату, а просто хор, который на празднике должны петь воспитанники. Текст для этого хора также пришлось написать самому. Милый друг! Перевод бюджетной суммы всего проще послать в заказном письме прямо сюда, т. е. в г. Клин. Если же Вам почему-либо удобнее послать в Москву, то потрудитесь адресовать в магазин Юргенсона. Заранее бесконечно благодарю Вас. Из письма Вл[адислава] Альб[ертовича] (которому прошу Вас передать поклон мой) вижу, что больная рука Ваша поправилась. Весьма радуюсь этому. Желаю Вам, дорогая моя, всякого благополучия! Беспредельно преданный, П. Чайковский

27 September 1885 Maydanovo village Dear, good friend! I have just received your letter, for which I am most grateful. I was saddened to learn from it that you will not be going to Italy. After all, if I am not mistaken, the cholera is fading, and will probably disappear altogether this winter. Will you once again be deprived of the pleasure of breathing the Italian air? I myself am yearning for Italy so much, feeing such a pressing need for it, that I have decided at the end of winter to go to Florence, Rome and Naples for 3 months at all costs. Now that I am no longer a homeless itinerant, travelling will have twice the charm for me. I am incredibly content with my little house, my solitude and freedom, and I am constantly thanking God for having finally given me that which I have long desired. I have, at last, completely finished my work and handed it over for engraving. For the time being I am resting, but am already thinking about taking up a new work. The first act of the opera "The Enchantress" lies before me in draft, and I am already enthusiastic about the task ahead. Dear friend! I like your high-handed attitude towards opera. You are right to regard this essentially false form of art with suspicion. But there is something irresistible about opera that draws all composers to it; namely, the fact that it alone offers a means of communication with the masses of the public. My "Manfred" will be played once or twice and then disappear for ages, and no one besides a handful of connoisseurs who attend symphony concerts will know it. Whereas opera, and only opera, brings you closer to the people, introduces your music to a true audience, makes you the property not merely of individual small circles, but, under favourable circumstances, of a whole nation. I think that there is nothing reprehensible in this aspiration, i.e. that it was not vanity that guided Schumann when he wrote "Genoveva", or Beethoven when he composed his "Fidelio", but rather a natural urge to expand the circle of his listeners, to touch the hearts of the largest possible number of people. One ought not to chase external effects, however, but rather to choose subjects that have artistic merit, are interesting, and cut to the quick. For the anniversary of the School, I have not written a cantata, but rather a simple chorus for the alumni to sing at the celebrations. I was also obliged to write the text for this chorus myself. Dear friend! The simplest way to transfer the budget amount is by registered post directly here, i.e. to Klin. If for some reason it is more convenient for you to send it to Moscow, then kindly address it to Jurgenson's store. I am infinitely grateful to you in advance. From Vladislav Albertovich's letter (to whom I ask you to convey my regards), I see that your ailing hand has recovered. I am very happy about this. I wish you every good fortune, my dear! Boundlessly devoted, P. Tchaikovsky