Letter 189

Date 23 April/5 May 1870
Addressed to Anatoly Tchaikovsky
Where written Moscow
Language Russian
Autograph Location unknown
Publication Жизнь Петра Ильича Чайковского, том 1 (1900), p. 341 (abridged)
П. И. Чайковский. Письма к родным (1940), p. 150–151
П. И. Чайковский. Письма к близким. Избранное (1955), p. 64–65 (abridged)
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том V (1959), p. 212–213
Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography (1981), p. 63 (English translation; abridged)
Notes Manuscript copy in Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve

Text

Based on a handwritten copy in the Klin House-Museum Archive, which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.

Russian text
(original)
23 апреля 1870 г[ода]

Милый мальчик!

Ты, вероятно, сильно на меня сердишься за долгое молчание; но знаешь ли причину оного?

Она состоит в том, что я от Третьякова узнал о твоём новом переезде, но куда? — об этом ты не пишешь ни слова. Пускаю это письмо наудачу.

Многого рассказывать не буду, ибо ничего особенного не случилось. Здесь прожил целый месяц некто Рюмин, очень богатый и милый человек, с которым я весьма близко сошёлся. Он приехал прямо из Ниццы по делам Володи Шиловского, у коего он состоит попечителем. Этот Рюмин во что бы то ни стало хочет из меня сделать религиозного человека; он надарил мне много книг духовного содержания, которые я дал ему слово прочесть. Вообще я пустился в богоугодные дела, на страстной недели мы с Рубинштейном даже говели. Опера моя идёт очень вяло. Причиною этого я считаю то, что сюжет её хотя и очень хорош, но как-то мне не по душе. «Ундина» хоть и грубо скроенное либретто, но так как она подходила под склад моих симпатий, то дело и шло очень скоро.

Праздники я провёл приятно. Представь себе, до чего дошло моё гражданское мужество: в Первый день пасхи я обедал у Лиз[аветы] Сер[геевны] Давыдовой, зато у Переслени давно не был. Как-то ты веселился в Каменке? Полагаю, что при тебе там было получено моё письмо к Лёвушке.

В половине мая, вероятно, 17 числа, я еду за границу. От части радуюсь, а отчасти сокрушаюсь; радуюсь, ибо заграница всегда имела в моих глазах обаяние, сокрушаюсь, ибо во-1) тебя не буду долго видеть, а во-2) боюсь, что Шиловский будет своими сумасшедшими выходками отравлять мне удовольствие, хотя в своих письмах он божиться и клянётся, что всячески будет меня покоить и лелеять. От Модеста получил 2 или 3 письма, из коих решительно нельзя усмотреть, в каком он состоянии духа обретается. т о радуется, то тосклив, жалуется на безденежье и на несчастье в любви. Я ему послал пока мест только 15 р[ублей] сер[ебром] и 25 высылаю к 1 мая, да, кроме того, взялся сделать ему тёплое платье к зиме.

Очень меня беспокоит твоё положение; не могу себе представить, как это ты следствие производишь? Напиши ради Бога, идёт ли дело на лад.

Здесь теперь только и говорят о дуэли между Урусовым и братом Островского. Препошлая история. Читал я в «Муз[ыкальном] сезоне» про концерт Губерта. Радуюсь его успехам, кланяйся ему от меня крепко.

Обнимаю и бесчисленное число раз целую тебя.