Letter 195

Date 1/13 June 1870
Addressed to Anatoly Tchaikovsky
Where written Soden
Language Russian
Autograph Location unknown
Publication Жизнь Петра Ильича Чайковского, том 1 (1900), p. 345 (abridged)
П. И. Чайковский. Письма к родным (1940), p. 151–153
П. И. Чайковский. Письма к близким. Избранное (1955), p. 65–66 (abridged)
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том V (1959), p. 219–220
Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography (1981), p. 63–64 (English translation; abridged)
Notes Manuscript copy in Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve

Text

Based on a handwritten copy in the Klin House-Museum Archive (omitting the signature and last line with the address), which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.

Russian text
(original)
Соден
13/1 июня 1870 г[ода]

Милый мой Толька!

Я очень виноват перед тобой; не успел тебе писнуть перед отъездом из Москвы, а в Петербурге и Париже я так много бегал, что не нашёл свободной минутки. Прежде всего насчёт визитов к Мотовилову скажу тебе, что этот изверг естества взял да уехал куда-то (в Симбирск:, кажется) и так до самого моего отъезда и не возвращался. В Петербурге я говорил о тебе с Мишей. Он говорит, что перейти в Москву на место следователя было бы хорошо; но особенно сильно желать сего не следует, так как он полагает, что в Киеве ты на очень хорошей дороге. Впрочем, мы с Мишей ещё наверно увидимся за границей, и, разумеется, я буду много говорить с ним о тебе и о Модьке. Этот последний расскажет тебе подробности моего пребывания в Питере, и потому я о них умалчиваю; упомяну только о тяжком гнёте Мещерского с одной стороны и Балакирева с другой, чтобы ты мог понять, каково мне было среди двух огней. Моденька был очень мил, и я был им доволен; меня радует то, что он весел и едет в провинцию без тоски и страху.

От Питера до Парижа я ехал безостановочно; устал страшно и подъезжал в ужасном волнении. Я боялся найти Шиловского умирающим, однако, хотя он и очень слаб, но все же я ожидал худшего. Радость его при виде меня была неописанная. Мы пробыли в Париже 3 суток и затем отправились сюда. Так как я Париж люблю, то, разумеется, эти три дня прошли для меня приятно; был в трёх театрах и много гулял. Сильно напуган был обмороком Володи, — но всё прошло благополучно.

Соден — небольшая, чистенькая деревня, лежащая у подножья горного хребта Таунус. Местоположение красивое, и воздух превосходный; но огромное множество чахоточных придаёт Содену характер несколько мрачный, вследствие чего в день приезда на меня напала такая тоска, что я с трудом удерживался от истерики. Теперь тоска угомонилась; я очень серьёзно отношусь к своей обязанности следить за Володей; он висит на ни точке; доктор сказал, что при малейшей неосторожности он может впасть в чахотку, если же он выдержит хорошо лечение, то может быть спасён.

Любовь его ко мне и благодарность за мой приезд так трогательны, что я с удовольствием принимаю на себя обязанность быть аргусом его, т. е. спасителем его жизни. Что меня особенно убивало сначала — это мысль, что я так долго не увижу ни тебя, ни Модест, ни Сашу; эта мысль и теперь меня терзает, но я полагаю, что к концу лета я найду возможность вернуться в Москву с юга и заеду в Каменку и Киев. Мы пробудем здесь 5 недель, а что потом будет — не знаю. Разумеется, я ещё несколько раз буду писать тебе и Моде. Следующее письмо я пошлю Моде прямо в Каменку, а он перешлёт тебе для прочтения.

Вчера мы ездили с Володей на ослах. Я не нашёл это особенно весёлым; животные эти оправдывают свою репутацию; они так г лупы и ленивы, что не быв прибиты по заднице палкой, ни за что не идут вперёд. Что меня приводит в восторг, так это вид гор. А что будет, если я Увижу Швейцарию, куда я непременно отправлюсь с Володей.

В Содене множество русских; я с ними не знакомлюсь и благодарю бога, что не встретил никого из петербургских и московских знакомых. Работать много не буду, однако ж кое-что сделаю. Ради Бога, пиши мне, мой голубчик, и скажи Моде при его проезде, чтобы подробно написал о том, что он делал с минуты нашего расставания. В случае, если он уже проехал, перешли ему это письмо в Каменку. Целую тебя необычайно крепко. Адрес: [...]