Letter 457

Date 24 March/5 April 1876
Addressed to Modest Tchaikovsky
Where written Moscow
Language Russian
Autograph Location Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve (a3, No. 1451)
Publication Жизнь Петра Ильича Чайковского, том 1 (1900), p. 485 (abridged)
П. И. Чайковский. Письма к родным (1940), p. 234–235 (abridged)
П. И. Чайковский. Письма к близким. Избранное (1955), p. 107 (abridged)
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том VI (1961), p. 33–34 (abridged)
Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography (1981), p. 105–106 (English translation; abridged)

Text

Russian text
(original)
Москва
24 марта

Милый Модя!

Извини, что я не вовремя отвечаю. Письмо твоё меня очень обрадовало, но я немножко разозлился за то, что ты спрашивал Сен-Санса, когда будут играть мою увертюру. Ведь он может вообразить, что я умираю от страстного желания быть игранным в Париже. Положим, что в сущности оно почти так и есть, но Сен-Санс никоим образом не должен знать этого.

У нас совсем весна. Представь, что сегодня на главных улицах даже пыл ь есть. В конце этой недели я уезжаю на всю страстную и всю святую к Косте Шиловскому в деревню. Хочу уйти от всей суеты, сопряжённой с праздниками в Москве, и заняться хорошенько балетом, который непременно нужно окончить и притом как можно скорее. Вчера в зале театральной школы происходила первая репетиция некоторых нумеров из 1-го действия этого балета. Если б ты знал, до чего комично было смотреть на балетмейстера, сочинявшего под звук одной скрипочки танцы с самым глубокомысленным и вдохновенным видом. Вместе с тем завидно было смотреть на танцовщиц и танцоров, строивших улыбки предполагаемой публике и наслаждавшихся лёгкой возможностью прыгать и вертеться, исполняя при этом священную обязанность. От музыки моей все в театре в восторге. На последних днях мой новый квартет исполнялся три раза; первый раз в Консерватории по случаю приезда Великого князя, остальные два публично. Он очень всем нравится. Во время andante (andante funèbre e doloroso) многие (как говорят) плакали. Если это правда. то торжество большое. Зато возобновлённый здесь «Опричник» исполняется самым срамовским и компрометирующим меня образом.

Я очень расстроен в последнее время смертельною болезнью толстого князя Оболенского, которого ты, кажется, у меня видел. С ним был недавно удар, и по всей вероятности он проживёт очень недолго. Николай Львович (который, в сущности, один из добрейших людей, каких я знаю) уже 10 дней не отходит от его постели и не спит ночей. При этом бедный старичок все плачет. Уж не предчувствие ли, что и ему скоро расставаться с земною юдолью? Не дай Бог умирать в такое время, как теперь. Ты не можешь себе представить, до чего идеально хороша погода.

А ты всё-таки не пишешь мне, когда намерен вернуться и когда мы увидимся. Летних планов у меня ещё никаких нет. Знаю, что поеду в августе за границу, — хотя с большим бы удовольствием остался в России, в деревне. Сердце моё разрывается на две части. Я влюблён разом в двух особ: брюнетку и блондинку, одна другой прелестнее. Первая из них все та же иудейка, а вторая россиянка из "Эрмитажа".

Крепко целую тебя.

П. Чайковский