Letter 477

Date 2/14 July 1876 [1]
Addressed to Karl Albrecht
Where written Vichy
Language Russian
Autograph Location Moscow (Russia): Russian National Museum of Music (ф. 37, No. 31)
Publication Чайковский на Московской сцене (1940), p. 259–260
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том VI (1961), p. 50–51.

Text and Translation

Russian text
(original)
English translation
By Luis Sundkvist
Виши, 14/2 июля

Милый Карлуша!

Только что приехал в Виши и сейчас же отправился на почту, где в числе нескольких писем получил и твоё. Я решительно в недоумении, как мне поступить. Хотелось бы и с тобой быть, а с другой стороны, хочется быть на первом представлении. А главное—боюсь Клиндворта! Он мне ещё в Мосвке говорил, что даже мне следует быть на репетициях. Как подумаю об том, что он на меня разгневается!, — просто душа в пятки уходит.

Я сегодня уже начал леченье, которое продолжится 21 день, из чего следует, что я буду свободен 5 августа/23 июля. Если быть на первом представлении, то попутешествовать с тобой я не поспею. Голубчик! реши и устрой это без меня и только напиши мне, как ты решил. Располагай мной как хочешь, ибо из дружбы к тебе я готов даже перенести гнев Вотана—Клиндворта. Итак, буду ждать от тебя извещения: 1) на каком представлении мне быть, 2) если не на первом, то где мы с тобой съедемся, 3) увижусь ли я с тобой в случае, если будем на разных представлениях, 4) нанял ли Клиндворт квартиру для Руб[инштейна], тебя и меня. В пользу 1-го представления говорит то, что я должен написать в своей газете статью, — а для газеты важно, чтобы именно было рассказано про 1-е представление

Ах, Карлуша! С какою завистью я читал твоё письмо. Как у Вас, должно быть, весело и какая славная компания. Мне невыразимо скучно здесь. Просто до слёз скучно! Вообще с тех пор, как я переехал границу, — всё время скучаю. Только и было приятного, что в Вене видел сестру, а в Лионе брата Модеста. Скажи Баталке, что я ей напишу. Обнимаю тебя. Адресуй: Vichy, Hôtel Bellevue № 22

П. Чайковский

Всем кланяюсь

Vichy, 14/2 July

Dear Karlusha!

I've just arrived at Vichy and headed straight for the post-office, where amongst several letters I also received yours. I am simply at a loss as to what I should do. I would like to be with you, and yet, on the other hand, I also want to be at the first performance [2]. The main thing, though, is that I'm afraid of Klindworth! Back in Moscow he did after all say to me that I should also attend the rehearsals [3]. When I just think that he might get angry with me, my heart simply sinks to my boots!

Already today I started my course of treatment, which will last 21 days, from which it follows that I shall be free on 5 August/23 July [4]. If I attend the first performance, then I won't have time to do some travelling with you. Golubchik! Please decide and organize this without consulting me, and just write to me what you have decided upon. You can dispose of me as you like, since for the sake of our friendship I am prepared to endure even the wrath of Wotan-Klindworth [5]. And so, I shall wait for you to notify me of the following: 1) what performance I should attend, 2) if it isn't the first, then where we are supposed to meet, 3) whether I shall get to see you if we should happen to attend different performances, 4) whether Klindworth has rented an apartment for Rubinstein, you, and me [6]. One factor which speaks in favour of the first performance is that I have to write an article for my newspaper, and for the latter it is important that I should talk about precisely the first performance [7].

Ah, Karlusha! With what envy I read your letter. What a merry time all of you must be having and what a splendid company you have. I am ineffably bored here. It is so boring that I could simply weep! Indeed, ever since I crossed the border I have felt bored all the time. The only agreeable things were seeing my sister in Vienna and my brother Modest in Lyons. Tell Batalka that I shall write to her. I embrace you. Address your letter to: Vichy, Hotel Bellevue, No. 22.

P. Tchaikovsky

Regards to everyone.

Notes and References

  1. Dated to 1876 from the contents.
  2. At the first complete performance of Richard Wagner's Der Ring des Nibelungen. The Ring cycle (the first run of the tetralogy being spread over the following dates: 13, 14, 16, and 17 August 1876 [N.S.] was to inaugurate the new Festival Theatre at Bayreuth.
  3. Karl Klindworth, Tchaikovsky's colleague at the Moscow Conservatory and an admirer of his music, was deeply involved in the run-up to the inaugural Ring cycle, because Wagner had entrusted him with the task of making piano reductions of all four music dramas in the Ring.
  4. Tchaikovsky's slip of the pen for "4 August/23 July".
  5. In comparing Klindworth to Wotan, Tchaikovsky probably had in mind not just his friend's quintessentially Germanic appearance, but may also have been alluding ironically to Wotan's wrath against Brünnhilde when she disobeys his orders in Die Walküre.
  6. During Tchaikovsky's brief stay in Bayreuth from 12 to 18 August 1876 [N.S.] he shared lodgings with Nikolay Rubinstein, but Karl Albrecht does not seem to have been with them.
  7. See Tchaikovsky's article The Bayreuth Music Festival (TH 314).