Letter 795

Date 19/31 March–22 March/3 April 1878
Addressed to Anatoly Tchaikovsky
Where written Clarens
Language Russian
Autograph Location Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve (a3, No. 1163)
Publication П. И. Чайковский. Письма к родным (1940), p. 394–396
П. И. Чайковский. Письма к близким. Избранное (1955), p. 158–159 (abridged)
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том VII (1962), p. 190–192
Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography (1981), p. 155–156 (English translation; abridged)

Text

Russian text
(original)
Воскресенье, 31/19 м[арта]

День этот ознаменовался двумя происшествиями. Во-первых, с нами в table d'hôte обедал старший сын M[ada]me Mayor, студент, с своим другом и по этому случаю хозяйка смастерила такой обед, какого я в жизни никогда не ел. Во-вторых, после обеда мы ходили на высокую лесистую гору, у подошвы которой мы с тобой однажды лежали на траве, помнишь. Подъем сопряжен был с большим количеством эпизодов, с падениями, с втаскиванием друг друга и т. д.


Понедельник, 1 апреля/20 м[арта] 1878

Ожидал получить от тебя письмо, но тщетно. Что тебе за охота, Толя, причинять мне беспокойство и тоску. Отчего, если некогда тебе писать большие письма, не пишешь коротенькие.

Кончил переписку первой части концерта и вечером играл её. Модест и Котик оба в совершенном восторге. Я был очень доволен сделанною мне ими овациею. Погода стоит самая безнадёжно отчаянная. На душе невесело. Модест меня очень беспокоит. Он решил во что бы то ни стало устроить жизнь, отдельную от Алины Ивановны, которую он видеть не может. С одной стороны, я понимаю его антипатию. Один тон её писем к Модесту достаточен, чтоб понять его отвращение к ней. С другой стороны, как разлучить Колю с родителями. Положим, что они не особенно сильно к нему привязаны. Но ведь самолюбие не позволит им расстаться с сыном. Что будут говорить? А между тем Модест задался во что бы то ни стало мыслью жить или в Москве, или в Каменке, или за границей, словом, где бы то ни было, лишь бы не с Кон ради.


Вторник, 2 апр[еля]/21 м[арта]

Довольно плохо спал. Модест решился написать откровенно Герм[aну] Карловичу о своём желании расстаться с ними. Меня это очень тревожит. Сегодня утром я сообщил Моде результат моих соображений. Мне кажется, что он не должен решаться на столь решительный шаг, не посоветовавшись с Сашей, Левой, тобой, и потому я просил его дождаться Каменки. Он горячо оспаривал моё мнение и говорит, что лучше порешить теперь. Однако Ж он согласился подождать несколько дней. Погода опять ужасная. На меня начинает находить хандра, тем более что политика до крайности огорчает и раздражает меня. Курс страшно упал. Мне совестно перед Н[адеждой] Ф[иларетовной]. Чего ей будет стоить промен следующей присылки денег, которая необходима мне, чтобы выехать отсюда. Целый день был ужасно нервен, зол и сварлив. Если б можно, так напился бы пьян. Гулял один.


Среда, 3 апр[еля)/22 м[арта] 1878

Опять от тебя нет письма. Если и завтра не будет, буду телеграфировать. Котек успел переписать скрипичную партию концерта, и перед обедом мы её сыграли. Успех был громадный как автору, так и исполнителю. В самом деле, Котек сыграл и так, что хоть публично бы сейчас же исполнить. После обеда ходили все вместе гулять очень далеко, но возвратились по нашей любимой дорожке и сидели на любимом месте (помнишь?). газеты сегодня несколько утешительнее. Вечером сыграл анданте, которое понравилось гораздо меньше первой части. Да я и сам не особенно доволен. Как холодно! Я сижу теперь у камина и никак не могу согреть окостеневших ног. Целую нежно.

П. Чайковский