Letter 3037

Date	3/15 September 1886
Addressed to	Nadezhda von Meck
Where written	Maydanovo
Language	Russian
Autograph Location	Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve (a3, No. 978)
Publication	П. И. Чайковский. Переписка с Н. Ф. фон-Мекк, том 3 (1936), p. 432–434 П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том XIII (1971), p. 439–440

Text and Translation

Russian text (original)

English translation By Brett Langston

3-го сентября 1886 г[ода] с[ело] Майданово Милый, дорогой друг мой! С тех пор, что я не писал Вам, произошли некоторые для меня довольно важные события. Из них главное то, что я окончил свою оперу и что, следовательно, наслаждаюсь теперь сознанием освобождения от тяжёлой заботы. Не знаю отчего, но с самого первого дня, когда я принялся за сочинение этой оперы, мне всё казалось, что я не окончу её, что силы не хватит, что я выдохся и т. д. Зато как приятно было закрыть черновую книгу, в которой я писал, и думать, что теперь осталось только оркестровать оперу, — а это уж для меня почти не труд, скорее удовольствие. Кончивши оперу, я немедленно принялся за сочинение романсов. Нужно Вам сказать, что весною Вел[икий] кн[язь] Константин Константинович сообщил мне, что императрица желала бы, чтобы я ей посвятил один романс, и Вел[икий] кн[язь] весьма горячо советовал мне это сделать, причём взялся быть посредником. Освободившись от писания оперы, я поспешил исполнить желание её величества, и теперь у меня уже написано 10 романсов, которые переписываются и будут вскоре посланы Вел[икому] князю. 16-го августа ко мне приехал брат Модест, со своим воспитанником, и они прогостили у меня две недели. Брат Модест был в течение этого лета очень прилежен. Он написал собственную новую комедию и переделку для сцены одной повести А. Потехина, по просьбе последнего. Собственная его комедия мне чрезвычайно нравится, и по замыслу она очень оригинальна и нова. Он изобразил в ней энергическую девушку, устроившую свою жизнь совершенно самостоятельно, управляющую своим именьем с искусством и успехом, живущую одиноко в деревне, в гордом отчуждении от людей. Сначала она поглощена своим делом и заботами о благе крестьян. Но когда всё это уже установилось и вошло в колею, она начинает тосковать, и является потребность любви. Но тут оказывается, что все те соседи и вообще лица её сословия, с коими она сталкивается, до того мелкие, дряблые, лишённые мужественности людишки, что ни одного из них она полюбить не может. Зато в простом полуграмотном мужике она находит такой обширный ум, такую смелость, энергию и решительность, что безумно в него влюбляется. Отсюда целый ряд самых интересных компликаций. Пропасть, разделяющая образованного человека от невежественного, хотя бы и умного, простолюдина, мешает взаимной любви этих молодых людей увенчаться счастливым браком; оба по-своему приходят к сознанию этого и добровольно разлучаются навсегда. Очень живо, интересно и трогательно всё это сделано, и я предвижу, что комедия эта заставит много говорить о себе. Говорят, что моя опера («Черевички») пойдёт на московской сцене в ноябре, и меня очень уговаривают самому продирижировать на 1-м представлении. Мне хотелось бы попытаться сделать это, да боюсь за свои нервы. Здоровье моё находится теперь в превосходном состоянии. Надеюсь, дорогой друг мой, что и Вы чувствуете себя хорошо. Желательно, чтобы хорошая погода продержалась подольше и чтобы Вам приятно было пребывание в симпатичном Плещееве. А я понемножку приискиваю себе новое местожительство. Уж очень досаждают мне соседи дачники, особенно своей музыкой. Будьте здоровы, дорогая моя! Ваш до гроба, П. Чайковский

3rd September 1886 Maydanovo village My dear, good friend! Since I last wrote to you, some rather significant events have occurred for me. The most important being that I have finished my opera, and that consequently I am now enjoying the sensation of having a heavy burden lifted from me. I do not know why, but from the very first day that I began composing this opera, it seemed to me that I would not finish it, that I lacked the strength, that I was worn out, etc. But how pleasant it was to close the sketchbook in which I had been writing, and to think that all that now remains is to orchestrate the opera — and for me this is hardly work, but more of a pleasure. Having finished the opera, I immediately set about writing romances. I need to tell you that in the spring, the Grand Duke Konstantin Konstantinovich informed me that the Empress would like me to dedicate one romance to her, and the Grand Duke strongly urged me to do this, and took it upon himself to act as intermediary. Having freed myself from writing the opera, I hastened to fulfil Her Majesty's wish, and now I have already written 10 romances, which are being copied out and will soon be on their way to the Grand Duke. On 16th August, my brother Modest came to visit me with his pupil, and they stayed with me for two weeks. [Modest]] has been most diligent throughout the summer. He has written his own new comedy, and adapted for the stage a story by A. Potekhin, at the latter's request. I am exceptionally delighted with his own comedy, whose concept is most original and innovative. It depicts an energetic girl, who has arranged a completely independent life for herself, managing her estate with skill and success, living alone in the country, in proud isolation from the people. Initially, she is absorbed in her work and concerns for the welfare of the peasants. But once all this has become established and she settles into a routine, she begins to experience a yearning, and a need for love becomes apparent. But then it turns out that all her neighbours, and people of her class in general whom she meets are so petty, weak-willed and unmanly that she cannot fall in love with any of them. But then she discovers such a vast intellect, such courage, energy and determination in a simple, semi-literate man,, that she falls madly in love with him. This leads to a whole series of interesting complications. The gap which separates an educated person from an uneducated, albeit intelligent, commoner, prevents the mutual love of these young people from being crowned with a happy marriage; both come to realise this in their own way, and voluntarily part forever. This is all done in a most animated, interesting and touching manner, and I predict that this comedy will be widely talked about. They say that my opera ("Cherevichki") will be given on the Moscow stage in November, and I am being strongly urged to conduct the 1st performance myself. I should like to attempt this, but I am afraid for my nerves. My health seems to be in an excellent condition. I hope, my dear friend, that you are also feeling well. May the fine weather continue, and that you enjoy your stay in charming Pleshcheyevo. I am gradually looking for somewhere new to live. My summer neighbours are very irritating, particularly with their music. Keep well, my dear! Yours unto the grave, P. Tchaikovsky