Letter 3657

Date 5/17 September 1888
Addressed to Anatoly Tchaikovsky
Where written Frolovskoye
Language Russian
Autograph Location Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve (a3, No. 3196)
Publication П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том XIV (1974), p. 521

Text

Russian text
(original)
5 сентября [18]88

Голубчик Толя! Я только что вернулся из своей поездки в Каменку. Провёл там почти целую неделю. Каменка показалась мне необыкновенно противна, и я решительно не понимал, как мог я прежде жить там. Разумеется, это касается местности, а не личностей. По степени радости, какую я испытал, увидевши каменских жителей, оказывается, что (не считая Саши, Левы и трёх старух) особенно люблю я Николая Васильевича. Мне почему-то ужасно приятно было его видеть. Влад[имир] Андр[еевич] Плеский тоже возбудил во мне очень приятные чувства. Зато Лизавета Серг[еевна] и сын её Вася ух как мне несимпатичны! Известия из Парижа самые ужасные; много слез пролил я по вечерам, думая о бедной Вере, которая безнадёжна. От Саши по возможности скрывают истину, но она догадывается. Страшно подумать, как отзовётся этот новый удар на Саше и Леве. У бедной Веруши туберкулы в лёгких и в кишках, и она тает как свечка! Лева едет в Париж. Не правда ли, убийственно печально, что умирает именно эта милая, симпатичная Веруша, которой, казалось бы, вовсе и не угрожала преждевременная смерть. Александра Ивановна физически очень опустил ась, но умственно нисколько. Лизав[ета] Вас[ильевна] и Алек[сандра] Вас[ильевна] совсем старушки. Саша очень поправилась было, но теперь уж начинает на ней отзываться происходящее в Париже.

Я проведу здесь неделю — после того еду в Петербург, где 18 дирижирую каким-то большим благотворительным концертом. Засим опять сюда, а надолго ли — не знаю.

Радуюсь бесконечно тому, что ты пишешь о Пане и Тaтyce. Ту и другую удушаю в своих объятиях.

Симфонию мою все одобряют, а иные даже восторженно, говоря, что это лучшая моя вещь. Особенно меня радует, что С. И. Танеев в полном энтузиазме. Целую тебя, милый мой, крепко!

Твой, П. Чайковский