Letter 4494

Date 2/14 October 1891
Addressed to Vladimir Nápravník
Where written Maydanovo
Language Russian
Autograph Location unknown
Publication Жизнь Петра Ильича Чайковского, том 3 (1902)508 (abridged)
Письма П. И. Чайковского к В. Е. Направнику (1959), p. 197–198
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том XVI-А (1976), p. 222–223
Notes Typed copy in Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve

Text

Based on a typed copy in the Klin House-Museum Archive, which may contain differences in formatting and content from Tchaikovsky's original letter.

Russian text
(original)
2 окт[ября] 18]91

Милый мой Володя!

Очень обрадован был милейшим письмом твоим. Ты спрашиваешь, можно ли тебе при ехать ко мне? Но нельзя же сомневаться, что я тебе во всякое время, всегда ужасно рад, и чем скорее это случится, тем лучше. Имей в виду, что до 15 окт[ября] я остаюсь здесь. 15-го переезжаю на 3 недели в Москву. У меня там сначала «Пиковая дама», а потом концерт, устраиваемый Зилоти, в коем, т. е. в концерте, а не в Зилоти, я дирижирую. Между прочим, меня ужасно радует мысль, что в первый раз в жизни буду дирижировать вещью Направника («Русская фантазия» для ф[орте]п[иано] с орк[естром]», затем ненадолго приеду домой, а около 15 ноября приеду в Петербург. Декабрь проведу дома, в деревне, и, пожалуй, удобнее всего будет посетить меня в декабре. А в январе начнутся мои странствия! Ах, Володенька, не легко мне достаются теперь эти странствования! Стар стал! Чувствую утомление от жизни и сознаю, что единственный подходящий для меня теперь образ жизни есть жизнь в деревне, покойная, чуждая суеты и бесплодной траты времени, коего впереди не очень-то много. С другой стороны, жизнь в деревне требует постоянных занятии, а от упорного сидения за столом я утомляюсь ужасно и зрение портится. Таким образом является, особенно вечером, потребность в развлечении и в обществе, для каковой цели нужно жить в городе. Вот я и не знаю теперь, на что мне решиться: переезжать на постоянное житье в Петербург или оставаться в деревне. Увы! Кажется, придётся переехать в вашу Северную Пальмиру. Положим, что имея возможность ограничиться в Петербурге кружком ближайших родных и друзей, — то это было бы очень, в сущности, приятно. Но, к сожалению, или вообще нельзя, или я не умею отделываться от массы скучнейших и несноснейших людских отношений, тяготящих меня и совершенно отравляющих удовольствие пребывать в городе, где очень многое и очень многие могли бы сделать мою питерскую жизнь приятною. Портрет посылаю. Володечка, попроси твою сестру Варю напомнить мне, как зовут авторшу стихов, которой я обещал свой портрет. Получивши её имя, отчество и фамилию, я немедленно отправлю ей обещанное.

Радуюсь, что «Весталка» по музыке так нравится тебе. Автор её художник перворазрядный, могущий стоять на одной доске с одним пианистом, очень знаменитым в Гунгер6урге, Силламягах, Мерикюле, Оре, устье Наровы, Нарве и многих других соседних с ним местах. Крепко обнимаю тебя. Отца и мать приветствую с тысячею нежностей. Сёстрам и Коте тоже посылаю поклоны. Прощай, голубчик!

Твой П. Чайковский

Я инструментую теперь оперу «Иоланда» («Дочь кор[оля] Рене»).