Letter 2076

Date	11/23 August 1882
Addressed to	Nadezhda von Meck
Where written	Moscow
Language	Russian
Autograph Location	Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve (a3, No. 801)
Publication	П. И. Чайковский. Переписка с Н. Ф. фон-Мекк, том 3 (1936), p. 85–86 П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том XI (1966), p. 182–183

Text and Translation

Russian text (original)

English translation By Brett Langston

11 августа Вчера мне принесли пересланные сюда два письма Ваших, дорогая моя, добрая, несравненная Надежда Филаретовна! Зная теперь, как Вам трудно писать, — я тем более был тронут этими дорогими письмами. Как я хотел бы, чтобы рука Ваша выздоровела! Сегодня я опять видел г[оспо]жу Кондратьеву и говорил с ней про Мецгера (Mezger). Она сообщила мне несколько поразительных казусов, в коих проявилась целительная сила, свойственная этому врачу. Все эти казусы более или менее аналогичны с Вашим недугом, и я все более и более проникаюсь убеждением, что Mezger может помочь Вам, дорогой друг! Очень вероятно, что врач, массирующий Вас теперь, есть ученик Mezger'а (он говорил г[оспо]же Кондратьевой, что имеет в России двух учеников), — но, по собственному его мнению, в массаже не всё зависит от знания, — а также и от особых индивидуальных целительных, свойств его личности. Быть может, сила эта имеет нечто общее с магнетизмом? Как бы то ни было, — но я только о том и мечтаю, чтобы Вы побывали в Амстердаме у доктора Мецгера, хотя, вместе с тем, и так жаль отрывать Вас от полюбившегося Вам Плещеева. С нетерпением ожидаю фотографию, которую Вы обещаете мне и за которую заранее от всей души благодарю Вас, дорогая моя! Кроме обычного тревожного состояния духа, я эти дни ещё испытал беспокойство по поводу брата Анатолия, который очень серьёзно было заболел острым воспалением желудка: приходилось и у него на даче в парке сидеть и в городе бывать, так что я донельзя утомился и, в особенности, по утрам чувствую такую нравственную усталость, что хотелось бы исчезнуть с лица земли. Уверяю Вас, милый друг, что каждый день, проводимый мною таким образом, отнимает у меня месяц жизни. Вчера приехал Лев Васи[льевич] и сообщил, что Коля и Саша продолжают очаровывать Каменку своим присутствием. Они телеграфически уговорились с Гр[афином] Беннигсен, как и когда им к ней приехать. Я решил в Петербург не ехать и, как-только кончу здесь свои корректуры, отправиться в Каменку. Это удастся мне не ранее будущей недели. Желаю Вам всякого блага, дорогой друг мой! Ваш до гроба, П. Чайковский

11 August Two of your letters were forwarded to me yesterday, my dear, kind, incomparable Nadezhda Filaretovna! Knowing how difficult it is for you to write, I was all the more touched by these dear letters. How I wish that your hand would recover! I saw Mrs Kondratyeva again today, and spoke with her regarding Mezger. She told me of several astonishing cases in which this doctor's inherent healing powers revealed themselves. All these cases were more or less analogous to your illness, and I am becoming more and more convinced that Mezger can help you, dear friend! It is very likely that the doctor presently massaging you is a student of Mezger (he told Mrs Kondratyeva that he has two students in Russia) — but, in his own opinion, not everything in massage depends on knowledge, but also on the particular individual healing qualities of his personality. Perhaps this power has something in common with magnetism? be that as it may, I can only dream of you visiting Dr Metzger in Amsterdam, although, at the same time, it is such a pity to tear you away from your beloved Pleshcheyevo. I am looking forward to the photograph you promise me, and thank you in advance with all my heart, my dear! Besides my usual anxious state of mind, lately I have also been worried about my brother Anatoly, who has been very seriously ill with acute inflammation of the stomach: I was obliged to sit with him in the park by his dacha, and to visit the city, such that I was utterly exhausted and, particularly in the mornings, I felt such mental fatigue that I wanted to vanish from the face of the earth. I assure you, dear friend, that every day I spend in such a manner takes a month off my life. Lev Vasilyevich arrived yesterday, and reported that Kolya and Sasha are continuing to charm Kamenka with their presence. They are communicating by telegraph with Countess Bennigsen about how and when to visit her. I have decided not to go to Petersburg and, as soon as I finish my proofreading here, to set off for Kamenka. I shall not manage to do that before next week. I wish you every good fortune, my dear friend! Yours unto the grave, P. Tchaikovsky