Letter 885

Date 2/14 August 1878 (?)
Addressed to Pyotr Jurgenson
Where written Verbovka
Language Russian
Autograph Location Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve (a3, No. 2208)
Publication П. И. Чайковский. Переписка с П. И. Юргенсоном, том 1 (1938), p. 47–48
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том VII (1962), p. 353–354

Text and Translation

Russian text
(original)
English translation
By Brett Langston
Вербовка

Милый друг!

Корректуру я тебе высылаю. Ради Бога, прикажи, чтобы ошибки были исправлены как можно точнее. Прости, что в иных местах я сделал изменения. Виноват в этом не я, а Танеев, который весьма небрежно отнёсся к моей просьбе о фортепьянить клавираусцуг, сделанный мной без помощи инструмента за границей. По от печатании исправленного экземпляра, отдай его на просмотр Кашкину, а после того подожди моего приезда к 1-му сентябрю и вели приготовить уже вполне исправленный экземпляр для последней и окончательной корректуры.

Имел ли ты в виду мою просьбу, с которой я к тебе отнёсся ещё из-за границы зимой насчёт заглавного листа? Я просил тебя озаглавить так:

Евгений Онегин
Лирические сцены в 3-х действиях.

Это необходимо. Я не хочу по многим причина м называть эту вещь оперой.

Кашкин желает видеть высланный мной экземпляр с поправками до отдачи его на растерзание Алексею, Василию и tutti quanti. Merci, голубчик, за твои хлопоты по части устройства моих дел с А[нтониной] И[вановной]. Едешь ли ты в Париж? Когда концерты?

Твой, П. Чайковский

Получил ли ты ворох моих новых творений? Теперь буду отдыхать и всячески набираться новых сил.

См[отри] на обороте


P. S. Распечатываю письмо, чтобы прибавить следующее. Я сейчас получил от Котека известие, что ты послал ему «Вальс-скерцо», в коем он нашёл совершенно невозможные опечатки, и что он экземпляр с поправками отослал к тебе. Я самым решительным образом протестую против выхода в свет моего, очень ценимого мной, сочинения с искажениями, в коих я не виноват. Я тебя просил всякое моё сочинение прежде печатания присылать мне. Отчего ты этого не сделал? Или отчего ты не посылал его Котеку для корректуры. Опечатки, о которых мне пишет Котек, совершенно искажают и губят сочинение. Боже мой! когда же, наконец, ты найдёшь корректора, на которого можно будет вполне положиться! Извини, пожалуйста, и не сердись на меня, но я решительно не могу допустить, чтоб «Вальс-скерцо» вышел в свет в его теперешнем виде.


Dear friend!

I've received your proofs, For God's sake, see to it that mistakes are corrected as accurately as possible. Forgive me for making changes elsewhere. The fault is not mine, but Taneyev's, who has been very careless regarding my request that the reduction, which I made abroad without the help of an instrument, should be played through on the piano. After printing a corrected copy, give it to Kashkin to look over, and after that wait for my arrival on 1st September, when I expect a complete corrected copy to be ready for the last and definitive proofreading.

Were you thinking of my request concerning the title page, which I made to you when I was still travelling abroad during the winter? I asked you to entitle it thus:

Yevgeny Onegin
Lyrical scenes in 3 acts.

This is essential. I don't want to call this thing an opera, for many reasons.

Kashkin wishes to see the discarded copy with my amendments, before giving it to be torn apart by Aleksey, Vasily and tutti quanti. Merci, golubchik, for your involvement with the organising of my affairs with Antonina Ivanovna. Are you going to Paris? When are the concerts?

Yours, P. Tchaikovsky

Did you receive my pile of new creations? I'll be resting now and gathering renewed strength in every possible way.

See overleaf


P. S. I've torn open the envelope to add the following. I've just received news from Kotek that you've sent him the "Valse-Scherzo", in which he's found utterly impossible misprints, and that he's sent an amended copy to you. I protest in the strongest possible way against the publication of works I value very highly with adulterations for which I am not to blame. I asked you to send me all of my works before printing them. Why wasn't this done? Or why didn't you send it to Kotek for proofreading? The misprints Kotek wrote to me about completely distort and ruin the work. My God! When will you finally find a proofreader who is entirely reliable? Please, forgive me, and don't be angry with me, but I absolutely cannot allow the "Valse-Scherzo" to be issued in its present form.