Letter 1157

Date 19 April/1 May 1879
Addressed to Pyotr Jurgenson
Where written Kamenka
Language Russian
Autograph Location Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve (a3, No. 2243)
Publication П. И. Чайковский. Переписка с П. И. Юргенсоном, том 1 (1938), p. 92–93
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том VIII (1963), p. 177–178

Text and Translation

Russian text
(original)
English translation
By Brett Langston
Каменка
19 апр[еля] 1879

Милый друг! Напрасно ты думаешь, что, Климентова сняла свой портрет, вняв мольбам моим. Это сделалось по её собственной инициативе. Попрошу тебя портрет этот покамест оставить у себя или же, если найдёшь возможным, доставить его, к С. А. Бернард, которая в скором времени должна прислать мне сюда всю группу исполнителей «Онегина». Я думаю, что нетрудно будет присоеди Климентову к группе. По поводу этого портрета я должен обратиться к тебе с новой просьбой. Потрудись, голубчик, послать к Дьяговченке и велеть ему сделать дюжину моих карточек, если негатив сохранился, и пусть они пришлют эти карточки сюда, и я вышлю деньги, или же, если будешь так мил, то ты заплати и пришли. (Кстати! не забудь, пожалуйста, при первом удобном случае прислать мне счёт забранных у тебя капиталов). Карточки эти мне нужно послать разным исполнителям «Онегина», которым я эта обещал, и в особенности Климентовой, которая очень просила и взяла с меня слово. Клянусь, что больше не буду тебя беспокоить своими поручениями. Что, касается надписи г[оспо]жи Климентовой, то она мало меня удивила. Из разговоров с ней я имел случай удостовериться, что сия барышня весьма самоуверенна и в то же время весьма недалёка. Господь с ней.

Я здесь очень основательно устроился. Все мои книги, портреты приехали, стол украшен обычными московскими украшениями, и если бы была собака Бишка, то, сидя у себя в комнате, я мог бы иногда воображать себя в Москве. Работаю очень усиленно. Хочу как можно скорее спустить с рук несчастную и донельзя надоевшую сюиту. Дня через три все будет кончено, и я питаю сладостную надежду, что в будущем сезоне она будет исполняться по печатным нотам. Или я очень ошибаюсь, или эта вещь должна иметь успех и способна быстро распространиться. Она очень скромно и легко инструментована.

Погода здесь стоит великолепная. Все было бы очень хорошо, если б меня не беспокоила сестра, которая в последнее время очень часто недомогает. Вчера она уехала по семейному делу в Киев, а сегодня получена депеша, что она там захворала. Зять отправился туда, а мы здесь все в ужасном беспокойстве. До свиданья, дружище. Прости за вечные беспокойства.

Твой, П. Чайковский

История посещения тебя Корсаковым весьма заняла меня. Я был о нем до сих пор лучшего мнения.

Kamenka
19 April 1879

Dear friend! You are misguided to think that Klimentova would have supplied her portrait in response to any entreaties from me. This happened on her own initiative. I would ask you to hold onto this portrait for the time being, or if possible, to give the same to S. A. Bernard, who is due to send me all the performers from "Onegin" shortly. I don't think it should be an inconvenience to add Klimentova to the group. With regard to this portrait, I must appeal to you with another request. Golubchik, kindly send off to Dyagovchenko for a dozen of my small picture cards, provided the negatives have been kept, and either let him deliver them here and I will send the money, or alternatively, if you would be so kind, to pay and take delivery yourself. (Incidentally! Please do not forget at the first opportunity to send me an account for the amount to be deducted from your capital). I need these cards to send to the various performers from "Onegin", to whom I have promised them, and in particular to Klimentova, who was very insistent. I swear that I won't bother you any more instructions. I was a little taken aback by Mrs Klimentova's inscription. From my conversations with her I had occasion to conclude that the she was a highly opinionated and at the sam time narrow-minded young lady. The Lord be with her.

I'm very well settled in here. All my books and portraits have come, the table is decorated is it used to be in Moscow, and if my dog Bishka were sitting beside me in the room, I could sometimes imagine myself to be in Moscow. I'm working very assiduously. I want to divest myself of this unfortunate and utterly troublesome suite as quickly as possible. Within three days it should all be finished, and I cherish the sweet hope that next season it will be performed from the printed notes. Either I'm very much mistaken, or this will be a successful thing that will take hold very rapidly. It has very modest and uncomplicated instrumentation.

The weather is magnificent here. Everything would be fine, were it not for worrying about my sister, who has recently been really quite unwell. Yesterday she left for Kiev on family business, and today I received a dispatch to say that she's taken ill there. My brother-in-law is travelling there, and everyone here is terribly concerned. Goodbye, old chap. Sorry for the eternal tribulations.

Yours, P. Tchaikovsky

I was fascinated by the story of your visit from Korsakov. Up until now I had thought better of him.