Letter 4743

Tchaikovsky Research
Date 1/13 August 1892
Addressed to Vladimir Davydov
Where written Klin
Language Russian
Autograph Location Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve (a3, No. 140)
Publication П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том XVI-Б (1979), p. 145

Text and Translation

Russian text
English translation
By Brett Langston
1-го августа
город Клин

Господи, как я давно тебе не писал! Впрочем, тем лучше для тебя, ибо если бы я писал, то в тоне самом меланхолическом и даже мрачном. Таково было все время моё настроение. В подробности не вхожу, да впрочем, ничего особенного не происходило, — а так просто нашла полоса меланхолии. Работал все время над корректурами и конца этой работы не предвижу. Сущее несчастие, что решительно не на кого её свалить.

Правильное течение весьма прозаической жизни было нарушено неожиданною смертью С. М. Третьякова, родного дяди Прасковьи, с которым я с давних пор был в близких, дружеских отношениях. Пришлось ехать на похороны. Это было очень печально. Он умер совершенно неожиданно; ещё недавно в Петербурге я с ним виделся и был, как всегда, поражён его моложавостью и здоровьем. На похоронах неожиданно увидел я Анатолия, которого вызвал телеграммой по этому же случаю В. Д. Коншин, Прасковьин отец. Провёл в Москве три дня. Вернулся час тому назад и теперь опять засяду за свои корректуры. Решительно не знаю, поеду ли куда-нибудь, — но знаю, что не могу ехать, пока не окончу эту бесконечную каторжную работу. В такой пропорции ещё никогда мне не приходилось ею заниматься. А как ты мне посоветуешь: ехать мне в конце месяца в Вербовку или нет. Сообрази все и ответь мне на этот вопрос. Также ответь, имеешь ли ты намерение остаться до 15 сентября? Решено ли, что Рудя и Кока едут?

До свиданья, миленький мой, и ответь, пожалуйста. Я никогда не претендую на то, что мне редко пишешь, но это не мешает мне страшно радоваться твоим письмам.

Крепко обнимаю. Скажи отцу, чтобы не сердился на меня, что я не приехал. Всем поклоны. Твой

П. Чайковский

1st August
Town of Klin

Lord, I haven't written to you in ages! However, that's all the better for you, because had I written it would have been from a melancholy frame of mind, or even depression. Such has been my mood all this time. I will not go into details, but nothing in particular has happened — I just found myself in a melancholic phase. I've been correcting proofs the whole time [1], and there's no end in sight to this task. It's an unfortunate fact that no-one else can tackle it.

This dutiful and highly mundane existence was interrupted by the sudden death of S. M. Tretyakov, Praskovya's uncle, with whom I've long had close and friendly relations. I had to go to the funeral, which was a very sad occasion. His death came as completely unexpected, and just recently I met with him in Petersburg and I was, as always, impressed by his youthful appearance and health. At the funeral I was surprised to see Anatoly, who read out a telegram for the occasion from V. D. Konshin, Praskovya's father. I spent three days in Moscow. I returned an hour ago and now I'm embarking on those proofs. I have absolutely no idea where I'm going next, but I know that I can't go anywhere until I've completed this endless servitude. If I had known how much there was I would never have started it. And so what do you advise: should go to Verbovka at the end of the month or not? Take everything into consideration and answer me this question. Tell me also whether you intend to stay until 15 September? Are Rudy [2] and Koka [3] going?

Until we meet, little dear one, and please, reply. I don't mind that you seldom write to me, and it doesn't stop me from enjoying your letters terribly.

I hug you tightly. Tell your father not to be angry that I did not visit. Bows to everyone. Yours

P. Tchaikovsky

Notes and References

  1. Tchaikovsky was correcting the full scores of the opera Iolanta and the ballet The Nutcracker, as well as the piano arrangement of the ballet.
  2. "Rudy" was Vladimir Davydov's friend Baron Rudolph Buchshövden.
  3. "Koka" was Tchaikovsky's young cousin, Konstantin Litke (1873-1915).