Letter 2467

Date 16/28 April–19 April/1 May 1884
Addressed to Nadezhda von Meck
Where written Kamenka
Language Russian
Autograph Location Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve (a3, No. 888)
Publication Жизнь Петра Ильича Чайковского, том 2 (1901), p. 637–639 (abridged)
П. И. Чайковский. Переписка с Н. Ф. фон-Мекк, том 3 (1936), p. 271–273
П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том XII (1970), p. 352–354
Notes Original incorrectly dated "July"

Text

Russian text
(original)
Каменка
16 июля

Милый, дорогой друг! Я и забыл в прошлом письме поблагодарить Вас за готовность содействовать к отысканию места для M[ademois]elle Genton. Условий её я не знаю, но, кажется, она получала очень большое (для гувернантки) жалованье, чуть ли не 75 р[ублей] в месяц. Весьма может быть, что она не погонится за большими деньгами и ради прочного места в хорошем семействе пойдёт и за меньшую сумму. Я у ней спрошу об этом.

Нельзя себе представить ничего ужаснее погоды, на которую я попал здесь. Вот уже несколько дней сряду бушует Какой-то бешеный северо-восточный ветер, ни на мгновение не умолкающий. Гулять почти нет возможности, и по ночам мороз, мешающий растительности. Деревья ещё совершенно голы, и даже весенних первых цветов что-то не видно. Вообще, для постоянной оседлой жизни Каменка и вся местность эта по крайней сухости климата, вечному ветру, отсутствию сносной реки, а следовательно, и купанья, — очень неблагоприятны, и если моя мечта осуществится, то, конечно, я предпочёл бы устроиться где-нибудь на севере, поближе к Москве. Не знаю, удастся ли мне воспользоваться в мае месяце гостеприимным Плещеевским кровом, но если этого не случится, то буду просить Вас, дорогая моя, поручить Вл[адиславу] Альб[ертовичу] Пахульскому узнать от кого-нибудь из плещеевских, нет ли поблизости подходящего к моим требованиям маленького хуторка. С своей стороны, и брат Анатолий обещал делать поиски, и, может быть, моя мечта осуществится.

Я покамест ещё не принялся за работу и только собираю кое какие материалы для будущего симфонического сочинения, форма которого ещё не определилась. Быть может, это будет симфония, а быть может опять сюита. Последняя форма с некоторых пор сделалась для меня особенно симпатична вследствие свободы, которую она предоставляет автору не стесняться никакими традициями, условными приёмами и установившимися правилами. Жаль только, что нет русского слова, способного заменить слово сюита, скверно звучащее по-русски. Я много думал насчёт этого и ничего не мог приискать.

Несмотря на скверную погоду, я наслаждаюсь деревенской тишиной и свободой и содрогаюсь от ужаса при воспоминании о всём испытанном мною в минувшие месяцы.

Вы не совсем справедливы к Антону Рубинштейну, дорогой друг. Правда, что он в течение длинного ряда годов нигде и никогда не играл никаких моих сочинений, но с некоторых пор он повсюду играет четыре из шести фортепианных пьес, когда-то мною написанных и ему посвящённых. Правда, что эти пьесы, как нарочно, не из самых лучших. В Париже, в мою бытность там в марте, на первом из двух своих концертов он играл эти 4 пьесы.

От племянницы Тани всё нехорошие вести. Зато Коля и Анна всех радуют и приводят в восторг своим счастливым видом и трогательной взаимной любовью. Сестру ожидают, здесь в конце этой недели; она везёт с собой Володю, который так слаб и нервен, что она решилась взять его до экзаменов, дабы он хорошенько отдохнул.


19 апреля

Наконец наступило подобие весны, хотя далеко ещё не так тепло, как бы следовало для этого времени. А я покамест успел простудиться, и вот уж второй день нездоров; хотя и очень легко, — но все же пришлось уплатить дань несносному каменскому ветру. Лев Васильевич уехал на ярмарку в Елисаветград, и я остался один в доме, а обедать хожу к старушке Александре Ивановне Давыдовой. Не нарадуешься, когда смотришь на эту 80-тилетнюю старушку, бодрую, живую, полную сил. Память её необыкновенно свежа, и рассказы о старине так и льются, а в молодости своей она здесь видела много интересных исторических людей. Не далее, как сегодня, она мне подробно рассказывала про жизнь Пушкина в Каменке. Судя по её рассказам, Каменка в то время была большим, великолепным барским имением, с усадьбой на большую ногу; жили широко, по тогдашнему обычаю, с оркестром, певчими и т. д. Никаких следов от всего этого не осталось. Тем не менее, если что скрашивает безотрадно скучную и лишённую всяких прелестей Каменку, так это именно исторический интерес её прошлого.

В последние дни форма моего будущего симфонического сочинения определилась, —это будет сюита; я буду писать её не торопясь, чтобы вышло нечто, особенно удачное.

Будьте здоровы, дорогой, бесценный друг! Наслаждайтесь привольной жизнью в Вашем милом Belair (который я надеюсь рано или поздно посетить), укрепляйтесь, отдыхайте душевно и телесно. Всем Вашим шлю сердечный привет.

Ваш до гроба,

П. Чайковский

Что нового работает Влад[ислав] Альбертович?